Травяной венок. Том 2 стр. 114
никогда не обвинял своего начальника! И, обвинив своего начальника, никто не настаивал, чтобы ему поручили государственное обвинение! Тогда Луций Марк Филипп высмеял отсутствующего Помпея Страбона, предложив, чтобы сенат выдвинул другого косоглазого обвинителя в суде, перед которым должен был предстать Тит Абуций, и назвал Цезаря Страбона.
В Помпее Страбоне отчасти текла кровь кельтских царей, вопреки его заверениям о том, что он чистокровный римлянин. Главным аргументом в защиту своего римского происхождения он выдвигал название своей трибы, Клустимина, – это было довольно древнее племя, жившее в восточной части долины Тибра. Однако мало кто из знатных римлян, хотя бы на минуту усомнился в том, что Помпеи были в Пицене задолго до момента завоевания его Римом. Триба, созданная для новых пиценских граждан, называлась Велина, и большинство вассалов, которые жили на землях Помпеев в Северном Пицене и Восточной Умбрии были из трибы Велина. Среди видных римлян считалось, что Помпеи были пиценами, владели вассалами задолго до установления римского влияния в этой области и купили себе членство в более престижной трибе, чем Велина. Пицен был областью, в которой в большом количестве поселились галлы после неудачного вторжения в Центральную Италию и Рим под водительством своего царя Бренна триста лет назад. А поскольку Помпеи внешне совершенно были похожи на кельтов, видные
люди в Риме считали их галлами. Так это или не так, но семьдесят лет назад один из Помпеев предпринял неизбежное путешествие на юг по Фламминиевой дороге до Рима и, беззастенчиво подкупив выборщиков, был избран консулом двадцать лет спустя. Сначала этот Помпей – к которому по родству ближе Квинт Помпей Руф, чем Помпей Страбон, – оказался в ссоре с великим Метеллом Македоником, но они уладили свои разногласия и в конечном счете разделили консульские полномочия. Таким образом, Помпеи вступили на свою римскую дорогу.
Первым Помпеем из ветви Страбона, который проделал свой путь на юг, был его отец, который обеспечил себе место в сенате и женился не на ком-нибудь, а на дочери знаменитого сатирика, писавшего по-латински, Гая Луцилия. Луцилии были из Кампании, уже в течение многих поколений обладали римским гражданством и большим богатством, в их семье имелись консулы. Временные трудности с наличными превратили Помпея Страбона-отца в желательного кандидата в мужья – особенно если соединить крайнюю непривлекательность Луцилии с финансовыми проблемами Луцилиев. К несчастью, Помпей Страбон-отец умер, не успев получить пост старшего магистрата – но до этого Луцилия произвела на свет маленького косоглазого Гнея Помпея тут же именованного Страбоном. Она родила еще одного мальчика, названного Секстом, намного моложе Помпея Страбона и много хуже «качеством». Так что именно Помпей Страбон воплотил в себе мечты семьи о великих деяниях.
Страбон по натуре был не любителем науки, а только школяром, хотя воспитывался в Риме и обучался у ряда превосходных учителей. Познакомившись с великими греческими идеями и идеалами, малыш Помпей Страбон отбросил их, как пустую болтовню, из-за их непрактичности.
Его привлекали военачальники и международные проходимцы, которых в изобилии отмечала римская история. Он служил в качестве контуберналия – кадета – при многих командующих и не снискал популярности у своих ровесников – таких, как Луций Цезарь, Секст Цезарь, его второсортный кузен Помпей Руф, Катон Лициниан, Луций Корнелий Цинна. Они использовали его