Библиотека

Травяной венок. Том 2 стр. 45

Размер шрифта
-
+
Тема

насмарку. Восемь тысяч хороших людей погибли потому, что их вел дурак.»

Они отыскали тела Лупуса и Мессалы возле моста.

– Мне жаль Марка Валерия. Я думал, что он выберется живым, – сказал Марий Плотию. – Но я до глубины души рад, что фортуна наконец отвернулась от Лупуса! Если бы он остался в живых, мы потеряли бы еще больше людей.

На это нечего было ответить, и Плотий промолчал.

Марий отослал тела консула и его легата в Рим под охраной своего собственного конного эскадрона, доставившего также письмо с объяснениями. «Настало время, – подумал Марий с раздражением, – чтобы Рим как следует испугался. В противном случае никто из живущих там не поверит, что в Италии действительно ведется война, и никто не сможет поверить, что италики действительно грозны.»

Глава сената Скавр прислал два ответа, один от имени сената, а другой от своего собственного.

«Я искренне сожалею о том, о чем говорится в официальном донесении, Гай Марий. Это не моих рук дело, уверяю тебя. Но вся неприятность в том, что я совсем не располагаю запасом энергии, которая нужна для того, чтобы изменить устоявшееся мнение трехсот человек без посторонней помощи. Я сделал это более двадцати лет назад в войне с Югуртой – но эти последние двадцать лет заставляют с собой считаться. В эти дни в сенате не было трех сотен человек, самое большое – сотня. Все сенаторы, моложе тридцати пяти лет, несут какую-то военную службу, а вместе с ними и несколько стариков, включая человека по имени Гай Марий.

Когда посланная тобой маленькая похоронная процессия появилась в Риме, она вызвала переполох. Весь город высыпал навстречу, плача и вырывая у себя волосы. Неожиданно война стала реальностью. Уже больше никто не смог бы счесть ее частным делом. Моральный дух упал, сразу же, с молниеносной быстротой. Пока тело консула не очутилось в форуме, я думаю, все и каждый в Риме – включая сенаторов и всадников! – считали эту войну синекурой. Но вот здесь лежит Лупус, мертвый, убитый италиком на поле боя всего лишь в немногих милях от самого Рима. Ужасен был тот момент, когда мы выбежали из Гостилиевой курии и стояли, глядя на Лупуса и Мессалу – ты ведь приказал эскорту раскрыть их тела еще до того, как они достигнут форума? Держу пари – Ты велел!

Во всяком случае, все в Риме впали в траур, везде темные и мрачные одежды. Все мужчины, оставшиеся в сенате, носят sagum вместо тоги и всадническую узкую полоску на тунике вместо latus clavus. Курульные магистраты сняли знаки своей должности, и даже

сидят на простых деревянных скамьях в курии и в своих трибуналах. На закон о роскоши намекают при виде богатых одежд и украшений. От полной беззаботности Рим кинулся в противоположную крайность. Куда бы я ни пошел, везде люди громко выясняют, действительно ли мы стоим на пороге поражения.

Как ты увидишь, официальный ответ касается двух отдельных вопросов. О первом решении я лично сожалею, но меня задушили криком во имя крайней необходимости для нации. А именно: в будущем все и всяческие жертвы войны от последнего рядового до командующего будут погребаться по возможности с соблюдением обряда на поле боя. Ни один из них не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.