Трест Д.Е. История гибели Европы стр. 35
совершенно конфиденциальное сообщение. В сентябре месяце прошлого года мы, а также и союзное румынское правительство, получили от нашей могущественной союзницы-покровительницы Франции предложение уничтожить Россию, которая являлась единственной черной точкой на светлом европейском горизонте. Мы ответили, разумеется, согласием.
В декабре под флагом «О-ва распространения французской культуры» к нам прибыла военная миссия. Она привезла нам двадцать восемь метательных орудий системы «Центрифуга Дивуар Эксцельзиор». Эти метатели были изобретены в тысяча девятьсот двадцать восьмом году французским инженером господином Дивуаром и в честь его получили названное имя. Работы над ними совершались в абсолютной тайне, и в прошлом году военный суд города Дижона приговорил к расстрелу одного рабочего, хваставшегося, что на заводе строят необыкновенные круглые пушки. Перевоз орудий также удалось произвести незаметно. Двадцать восьмого декабря была закончена установка центрифуг в разных пунктах нашего государства и в Румынии. В час пополуночи первого января мы приступили к работе.
Вы легко поймете причины, по которым я не могу вам описать детально устройства этих метательных установок.
Итак, первого января мы приступили к осуществлению на шего плана, и ныне я могу сообщить вам отрадные новости:
господа, Москвы, Петербурга, Киева и других гнезд насильников больше не существует! Россия погибла.
Все лидеры патриотических фракций сейма от умиления прослезились и трижды пропели: «Еще Польска не сгинела!..» А бывший полотер Чуг, вместо того чтобы натирать воском полы, брел по развалинам рязанских домов и спрашивал Енса Боота:
— Что ж делать? Вдруг он увидел нечто странное и похожее на огромную чугунную чечевицу.
— Вот так штука, — недоуменно сказал Чуг и уставился на Енса Боота.
Директор «Треста Д. Е.» был сообразительным мужчиной и, тщательно оглядев чечевицу, сказал:
— Это неразорвавшийся снаряд. Вот такими штуками уничтожена Москва.
Это очень заинтересовало Чуга, и он провел над снарядом не менее часа, всячески изучая его. Изучать было, собственно говоря, нечего, кроме марки «Д. Е.», указывающей, что этот снаряд приготовлен для центрифуги «Дивуар Эксцельзиор».
— «Д. Е.», а это-то что означает? — полюбопытствовал Чуг.
Как легко поймут читатели истории «Треста Д. Е.», это могло означать очень многое, и Енс Боот вместо ответа только усмехнулся.
Чуг должен был сам расшифровать странные инициалы и опознать, таким образом, коварного врага. Что ж! Он это и сделал, хитроумный полотер, не зря в свое время бивший поля ков и французов.
— Ты знаешь, что здесь сказано? — крикнул он. — «Д. Е.» — даешь Европу.
— Браво, — отозвался в восторге Енс Боот. — Тонко подмечено.
Но Чугу было не до французских комплиментов. Он бежал н кричал:
— Товарищи, ворочай оглобли. Идем бить их! мать!.. Даешь Европу!..
За ним бежал директор «Треста Д. Е.», Енс Боот, и тонким голоском, как молодой петушок, кричал:
Даешь Европу! Беженцы останавливались, с минуту нерешительно моргали глазами, а потом повертывали на запад. К вечеру уже не менее трехсот тысяч человек шло навстречу незримому врагу. Слух о походе дошел до Поволжья Оттуда снялись миллионы. Люди шли с юга и с севера.
Шестого январи Совнарком объявил войну. С кем Республика воюет, официально оставалось неизвестным, в декрете значилось туманно — «С империалистическими хищниками». Но вся Россия, которая гневной лавиной неслась на запад, хорошо знала, кто ее враг, и вся Россия, проходя