Третий пояс мудрости. (Блеск языческой Европы) стр. 2
только на первый взгляд. Подобно тому, как греки «выводили» себя из Египта, так первопоселенцы Ирландии подчеркивали, что они прибыли на остров из Греции. И выстраивается цепочка преемственности культур: Египет — Крит — Греция — Рим — Северная Европа. Из Ирландии мифологические мотивы тянутся обратно па континент — к кельтам, германцам, славянам, и причудливые имена персонажей ирландского эпоса постепенно обретают куда более привычное для нас звучание… И наконец, самое главное — оказывается, «северным варварам» тоже ведомо было тайное учение первых двух поясов. А это говорит о многом — прежде всего о том, что североевропейские жрецы на равных состояли в едином братстве высших иерархов «пояса Тота» и «пояса Гермеса». И что те же «загадочные» славяне всегда стояли в единой шеренге европейских и индоевропейских народов как общность с не менее славной культурой и традициями, чем их соседи. «Загадочность» же славян, действительно исстари выделявшая их из общей семьи древних племен, заключается лишь в том, что они никогда не отказывали в праве на естественное развитие своим соседям, -тогда это не было принято, и миролюбие принималось за слабость.
Пространства, где обитали северные народы, бесспорно заслуживают названия третьего— пояса мудрости — «пояса Луга», по имени центрального персонажа ирландского эпоса, известного славянам как Светобог или Свантевит. Боги и полубоги
северного пояса предстают в основном в человеческом облике, хотя некоторые черты животных сохранили и они. Мифы и легенды славян не раз заставят вспомнить Египет и Крит, Грецию и Финикию, Индию и Черную Африку…
Осколки тайного учения Востока (нашедшие, кстати, отражение и в Библии) помогают проследить духовные связи ушедших поколений во времени и пространстве, они подтверждают былое единство всей Индоевропы и ее народов (в этом смысле показательна история Африки), взаимосвязь всех трех поясов мудрости. Они высвечивают точки соприкосновения этих поясов и заставляют по-новому взглянуть на картину древнего мира в целом. Они выводят на историческую арену народы, неизвестные в «поясе Тота», презиравшиеся в «поясе Гермеса», но заложившие совместно с ними основы того, что мы теперь называем мировой цивилизацией.
Напрасно читатель стал бы искать где-нибудь сведения о поясах мудрости или предлагаемую трактовку понятий «народы моря», «славяне», «руссы». Одни могут сказать: «Это домысел». Другие скажут: «Гипотеза». Но всякая гипотеза— это эмбрион открытия; иногда он недонашивается, иногда умирает. А бывает — становится теорией. Многие гипотезы, ставшие теориями и даже фактами, объявлялись сперва домыслами: все, что противоречит нашим представлениям, мы называем заблуждениями, а поскольку у всякого свои заблуждения, то, значит, общество состоит из заблуждающихся. Применительно к древнейшей истории этот парадокс представляется неразрешимым: есть разные варианты мифов и имен их персонажей, есть плохо стыкующиеся между собой гипотезы о миграциях народов. Приходится выбирать что-то одно… или предлагать собственные конструкции.
Пусть же каждый сделает свой выбор.
АвторТуда, туда, где Изанаги
Читала «Моногатори» Перуну,
А Эрот сел на колени Шанг—Ти,
И седой хохол на лысой голове
Бога походит на снег,
Где Амур целует Маа—Эму,
А Тиэн беседует с Индрой,
Где Юнона с Цинтекуатлем
Смотрят Корреджио
И восхищены Мурильо,
Где Ункулункулу и Тор
Играют мирно в шашки,
Облокотись на руку,
И Хоккусаем восхищена
Астарта, — туда, туда!
ПРЕЛЮДИЯ
Златится мед, играет меч
с мечом…
Обряд исполнили священный,
И, мрачные,