Тринадцатая гостья стр. 43
действительно хотела, чтобы к ней в трудную минуту приехала именно я, чувствовать я себя стала иначе. Более уверенно и спокойно. Уж теперь-то меня точно никто не разоблачит и не скажет: что же это ты, подруга, ввела меня в заблуждение, ведь ты — это не ты, вернее, не она…
— Постой, а как же здесь оказалась наша кофеварка?!
— Да это не ваша кофеварка, просто она точно такая же. Я купила ее по случаю здесь, в Мюнхене, она же немецкая. Подумала: когда ты приедешь, тебе будет приятно увидеть здесь вещицу, напоминающую о доме.
— Вот в этом ты ошиблась, — произнесла я холодновато. — И мне меньше всего хотелось бы вспоминать и свой дом, и родителей.
Тут я запнулась, неуверенная в том, что мне хотелось бы рассказывать Соне, девушке, которую я по-прежнему продолжала считать чужой, посторонней, свою историю.
Однако ночь развязывает языки и способствует тому, чтобы люди открывали друг другу душу.
Поэтому, когда мы, прихватив с собой термос с кофе и чашки, поднялись на чердак и заняли там оборонительную позицию, я не выдержала и рассказала ей о своей любви к Тони, о том, как меня чуть не продали на органы, как Тони погиб, как мне трудно было находиться рядом со своими родителями и как я приняла решение сбежать от них.
— Да, приблизительно так они мне и рассказывали, — проговорила приглушенным голосом Соня. — Конечно, не обошлось без оценки твоих поступков. Они вообще считают тебя девушкой с тяжелым характером, неуживчивой. Да и с молодыми людьми у тебя отношения как-то не складывались, это правда?
— Да просто мне не с кем было их складывать, понимаешь? Когда мне начинал кто-то нравиться еще в школе, оказывалось, что этот парень влюблен в мою одноклассницу. А те, кто не нравился мне, ходили за мной по пятам, оказывали мне знаки внимания, дарили цветы. Конечно, девчонке такое всегда приятно, это повышает самооценку, но я-то всегда считала их аутсайдерами, понимаешь?
— И что же это были за парни?
— В основном, как это принято сейчас говорить, скучные «ботаники». Отличники. Мальчики робкие, но страстные, — здесь я улыбнулась, вспомнив Фиму, парня, который однажды, провожая меня домой после кино, не выдержал и набросился на меня, хотел поцеловать. Я еле от него отбилась. Хорошо, что он не обиделся, и мы до последнего дня поддерживали приятельские отношения. Он надежный парень, всегда поможет. К тому же у него мне почему-то не стыдно было просить денег в долг. Он знал, что я всегда отдам…
— «Ботаники» — это я понимаю. Возможно, они и скучные, зато перспективные. Сейчас мозги, знаешь, как ценятся!
— Вероятно, у меня как раз проблемы с мозгами, раз я этого не понимаю.
— К тому же такой мальчик, когда вырастет, будет хорошим семьянином, порядочным. Не будет гулять на стороне. Понимаешь, у таких людей порядок не только в тетрадках, документах и в мозгах. У них порядок в душе! Он знают, как правильно жить, чтобы проблемы в семье не отвлекали их от основной работы. Но мы же — дуры! И всегда выбираем мальчиков с криминальным душком, красивых разгильдяев. Вот у меня — Эрвин. Красивый был парень, я влюбилась в него без памяти.
— А где ты его нашла?
— Он в