Библиотека

Трон фараона стр. 37

Размер шрифта
-
+
Тема

тебя, мудрая, — обратилась к Нефер другая пациентка, еще молодая женщина, стыдливо прикрывавшая свой стан большим платком, — ты видишь, я ожидаю ребенка. Скажи, будут ли долги дни его на земле?

— В час когда твой ребенок появится на свет божий, прислушайся к крику его! — ответила Нефер. — Если ребенок произнесет слово «ни», долголетен будет он. Если же ты услышишь слово «мба» — готовься: не быть этому потомку рода твоего жильцом на свете. Но и тогда не падай духом: ты молода, и многочисленно будет потомство твое.

— Не знаю, поможешь ли ты моему горю? — обратился к Нефер простоватый на вид земледелец.

— А ты поделись им со мной! Посмотрим! — с тонкой улыбкой ответила Нефер, чувствовавшая себя непринужденно среди этой толпы.

— Садовник я. Ну, птицу развожу! — излагал свое дело проситель — И к столу фараона иной раз попадают мои курочки. А тут, вишь ты, заковыка вышла: что ни день — нет одной курицы, а то и двух Во все глаза смотрю, стерегу, чтобы поймать вора да вздуть его хорошенько, — нет, не ловится! А только отвернешься на миг — опять одной курочкой меньше.

— Завелся в твоем дворе хорек-хищник; или поселилась желтая змея, — разрешила недоумение Нефер.

— Вот-вот, оно самое! — обрадовался садовник. — В том-то и штука, завелась змея! Сам и

подстерег, увидел. Тащит она мою птицу, пожирает. До яиц доберется — глотает по десятку. А что с ней поделаешь? Сама, мудрая, знаешь: священна желтая змея, посвященная богине Хатхор Мемфисской, и проклятие ложится на главу того, кто убьет желтую змею, и на дом его, и на потомство его. А гнездо ее под жилищем моим, в трещине скалы.

— Сделай вот что! — подумав, сказала Нефер. — Купи на рынке у рыбаков рыбу парге. Наскобли чешуи столько, чтобы в горсти ребенка укладывалось, и посыпь этой чешуей землю около логовища желтой пожирательницы птицы. Ты увидишь — не покажется она больше в птичнике твоем. Иди, исполни сказанное! — напутствовала его Нефер.

За этими первыми пациентами последовал целый ряд новых, терпеливо дожидавшихся очереди. Иные просили снабдить амулетом, другие — изгнать лихорадку, иссушающую кровь, третьи — избавить от сглаза. И каждому Нефер давала совет.

Старый Оунис, прислушиваясь к тому, как управлялась со своим делом Нефер, не мог скрыть своего удивления.

— Счастлив будет тот, — сказал он, обращаясь к Нефер, когда толпа поредела и заклинательница устало взяла лоток с нераспроданными амулетами и снадобьями, — счастлив, говорю я тебе, о девушка, будет тот, под чью кровлю войдешь ты, Нефер, как супруга и царица дома!

Глаза Нефер померкли, губы задрожали.

— Ты принесешь в дом мужа твоего мир и благоденствие, покой и радость. Ты уврачуешь раны его и дашь отдых душе его. Ибо мудра ты, и чисто сердце твое.

Нефер тяжело вздохнула.

— Я — мудра? Пусть так! — пробормотала она. — Да, я знаю все заклинания, я знаю все средства, знакомые старцам храмов. Одного не знаю я…

— Чего? — спросил ее, понижая голос, Оунис.

— Того, как заставить зачарованное сердце юноши обратиться ко мне. Разлюбить другую… Заставить полюбить меня!

— Ты говоришь о царевне Нитокрис и Меренра? — еще тише сказал Оунис.

Нефер молчала, тоскливо глядя на шедшего впереди Меренра. Помолчав немного, Оунис сказал:

— Это — жало стрелы, впившееся в мое сердце.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.