Тропами лжи стр. 4
братства Цезарь. Опустив ниже голову, он посмотрел на меня поверх круглых очков. Показалось даже, будто с сочувствием. — Как бы так выразится… и дальнейшее насилие над ним, унижения. Я уверен, что у Брелок выработался «стокгольмский синдром», исходя из его слов об этом Игоре.
— Какой-какой синдром? — переспросил Проповедник, прищурив глаза. — То есть, хочешь сказать, что этот инквизитор поехал крышей?!
— Нет, это не так… — Цезарь смутился, поправил очки на остром носу. — Он вполне дееспособен, отдает отчет своим действиям и…
— И всё же, он общался с еретиками как с равными! — Перебил Лекаря Стрелок. — Я требую соответствующего нашим законам наказания! Требую его изгнания!
— Изгнания инквизитора? — Проповедник Буян хмыкнул. — Того, кто был вхож в обители Старших и знает секреты братства? Не-е-ет, только его смерть смоет позор «Монолита»!
— Вот именно! — согласился с ним Алхимик, чьего имени я не знала. — Предлагаю устроить публичную казнь, в назидание младшим братьям!
Ну, ожидаемо. Я печально опустила взгляд на Саяна. Пёс всё это время тихо лежал возле моих ног, положив морду на передние лапы. Водил ушами, будто прислушивался к словам моих братьев и иногда тихо рычал. Что теперь с тобой будет, когда меня не станет? Лучше бы ты остался в бункере ученых.
Я несмело посмотрела на Мастера Инквизитора Гарпуна, не проронившего ни слова с самого начала собрания, как и Отец Харон. Он глядел на меня неотрывно с разочарованием и пренебрежением. Я стыдилась взглянуть на него до этого момента. Теперь же, смотрела с извинениями. Я опозорила его имя. И вынуждена слушать, какую страшную казнь предлагают наперебой воинственные Проповедник и Стрелок. Им несмело поддакивает Алхимик. Цезарь хмуро покачал головой, попытался вставить пару слов в мою поддержку, но Мастер Гарпун повернулся к Проповеднику и своим громким холодным тоном заткнул всех разом.
— Простите братья, что перебиваю, но если бы не ты, Буян, то этой бы грязной истории не произошло.
— В каком смысле?! — вспылил Проповедник.
— А какое право ты имел выгонять МОЕГО инквизитора? — Гарпун говорил всё так же спокойно, с нажимом на некоторые слова. Я стояла, не шевелясь, не дыша, с беспристрастным лицом, лишь мысленно благодарила Мастера, что вступился за меня. — Из-за одной маленькой глупости и по своей дурости ты сорвал посвящение Брелок в ранг Мастера.
— Какой к черту Мастер?! — возопил Великий Проповедник, указав на меня пальцем. — Ты хоть слышал, что он тут нёс?! За связь с еретиками полагается!..
— Я всё прекрасно слышал, — Гарпун опустил голову ниже, тяжело глядя на брата исподлобья, — но Мастер Буян, кажется, забыл, что в истории братства были случаи короткого сотрудничества с неверными. Забыл про своего предшественника Великого Проповедника Дуная? Так что, я считаю, что в некоторых случаях общение с еретиками простительно для…
— НЕ простительно! — снова взвился Проповедник, шарахнув кулаком по скрипнувшему подлокотнику. — Я останусь при своём мнении! И требую голосования, дабы решить судьбу этой!.. этого невежды!.. Я за то, чтоб признать его виновным и казнить немедля!
Буян поднял правую руку, злорадно оскалившись мне. К нему, сухо кивнув, присоединился Мастер Сибирь и Алхимик. Четвёртый голос против меня, принадлежал молчаливому Великому Молитвеннику Агату. На его лице была чёрная повязка, скрывающая невидящие глаза. Зрение он утратил уже в рядах «Монолита», при битве за ДК «Энергетик»