Тропинка к счастью стр. 160
голова опущена, руки глубоко в карманах.
— Кэт Уильямс велела поговорить с вами, — сказала она.
Получалось, что она делает огромное одолжение Кэт и учительнице.
— Я слушаю тебя.
— Как так получается, что вы не знаете, останетесь ли у нас учительницей?
— Я еще не разговаривала с директором школы. Может так случиться, что он не захочет, чтобы я продолжала вести занятия в вашем классе.
— Но ему ведь не обязательно все знать?
— Нет, дорогая, ты не права. Беременность не скроешь надолго. И потом уже слишком многие знают об этом. Правда? — Луиза отвела глаза. Казалось, она вот-вот заплачет. — Подойди ко мне и сядь, — сказала Линда.
Но Луиза упрямо стояла у порога.
— Я не собиралась трепаться, миссис Форд. Мы все пошли на бульвар посмотреть на рождественские украшения. Кэт, Рут, Нэнси и я. А еще мы прихватили Анни, чтобы она немного развеселилась. Тут подошла одна старшеклассница и стала болтать с Кэт, которую знала еще по обычной школе. Ну, знаете, обычный треп о занятиях, хорошая ли вы учительница и вообще. Вот тогда меня и понесло, миссис Форд. Я сильно разозлилась, что она так ласково выспрашивает. Терпеть не могу маменькиных дочек — такие правильные, аккуратненькие. Она еще прикинулась вашей знакомой, а я возьми да и ляпни, что вовсе вы не такая уж праведница, все одна болтовня и не вам нас учить, потому что вы беременная и не замужем, как и мы… Кэт говорит, что если вы уйдете из школы, то в этом я буду виновата. Это все мой длинный язык, вы же знаете… А девчонки злятся на меня, миссис Форд.
— Не надо им на тебя нападать. Я же говорила вам когда-то: мы можем повлиять на собственное поведение, но последствия этого нам уже неподвластны. Я не собираюсь возлагать на тебя вину за свои поступки, тем более я знаю, что и зачем делаю. — Луиза тяжело вздохнула и прикусила губу. Конечно, она переживала
и искренне сожалела о своем поступке. — Лучше расскажи мне, как там Анни, — попросила Линда.
— Анни говорит, что у нее, слава богу, уже нет молока. А то оно всегда прибывало, когда она слышала детский плач, и грудь очень болела. Анни тогда тоже ревела, потому что у нее нет ее Голди. Знаете, это так страшно, миссис Форд. Вроде как разумом понимаешь, что ребенка больше нет, но твое тело об этом не знает. И ничего не поделаешь…
Луиза замолчала и уставилась в пол. Потом вдруг подошла к столу и села напротив учительницы.
— С тобой так было? — спросила Линда. — С твоим первым ребенком?
Луиза провела ладонью по лбу.
— Да. Его забрали в приют. И этого заберут, у меня же дома ничего не изменилось.
— А ты сама хочешь этого? Расстанешься с ребенком?
— Неважно, что я хочу. Я выпивала в общем-то.
— А сейчас пьешь?
— Нет.
— Почему?
— Потому что вы в нас разбудили чувство вины. Никто другой не умеет так разбередить, как вы. Вдруг что с ребенком случится? Упаси боже!
— Ты же ведь тоже не хочешь причинить вред собственному ребенку, дорогая? Знаешь, никакое чувство вины не поможет, если тебе безразличен он.
— Нет, это не так. Вы просто не знаете. Другие из себя изображают таких цыпочек и задирают