Тугая струна стр. 261
перегородив дорогу в противоположном направлении. Он оказался в ловушке. Господи, остается лишь надеяться, что девчонка мертва.
Из машины вышел еще один молодой парень и пошел к ним по гравиевой дорожке.
– Вы тоже из лондонской полиции? – спросил Вэнс, заставив себя придерживаться все той же профессионально обольстительной интонации.
– Нет, – отозвался Саймон, – я из Стратклайда.
– Из Стратклайда? – Вэнс на мгновение растерялся. Пару лет назад он привозил сюда одну из Лондона, но из Шотландии никогда никого не брал. Терпеть не мог шотландский акцент. Этот выговор напоминал ему о Джимми Линдене и обо всем, что было с ним связано. Так что если этот коп из Шотландии, то не по поводу девчонок. Все еще образуется, сказал он себе. Он как-нибудь вывернется.
– Да, сэр. Мы с констеблем Джексоном занимались разными сторонами одного и того же дела. Мы как раз находились в этом районе, когда проезжавший мимо автомобилист сообщил, что в этот дом проникли посторонние. Мы решили, что лучше будет съездить посмотреть.
– Это очень похвально, детективы. Я могу зайти и сам проверить – вдруг что-то сломано или пропало?
Он хотел прошмыгнуть мимо Леона, но полицейский оказался проворнее. Он протянул руку, преграждая путь Вэнсу, и покачал головой:
– Боюсь, нет, сэр. Ведь это – место, где произошло преступление. Мы должны
быть уверены, что все останется в неприкосновенности.
– Преступление? Да о чем, в конце концов, вы толкуете? – Беспокойство, старайся изобразить беспокойство, предостерег он себя. Это твой дом, ты – ни в чем не повинный человек, и ты хочешь знать, что произошло на твоей территории.
– Боюсь, здесь имела место смерть при невыясненных обстоятельствах, – холодно ответил Саймон.
Джеко заставил себя сделать движение, которое должно было означать невольный шаг назад, и закрыл руками лицо, чтобы полицейские, не дай Бог, не заметили, какое облегчение принесли ему эти слова. Она мертва, аллилуйя. Мертвая никогда не сможет дать показаний. Он пришлепнул к лицу выражение крайней тревоги и отнял руки.
– Но это ужасно. Смерть? Здесь? Но кто… Каким образом? Это мой дом. Кроме меня, тут никто не бывает. Откуда тут могло взяться мертвое тело?
– Вот это мы и пытаемся выяснить, сэр, – парировал Леон.
– Но кто это? Взломщик? Да?
– Мы не думаем, что это взломщик, – Саймон пытался сдержать бешенство, рвавшееся наружу в присутствии человека, который убил Шэз и теперь старался сделать вид, что не имеет отношения к гниющему месиву в его подвале.
– Но… единственный человек, у кого есть ключи, – это миссис Эллиот. Дорин Эллиот из Дин-Коттедж. Вы же не хотите сказать… Это же не она?
– Нет, сэр. Миссис Эллиот жива и здорова. Это миссис Эллиот впустила нас в дом и позволила его осмотреть. Одна из наших коллег отвезла ее домой.
В том, как чернокожий коп сказал это, не сводя с него глаз, было что-то, что заставило Вэнса заволноваться. За произнесенными словами ясно и недвусмысленно слышалось предупреждение, что первая линия его обороны смята. Дело было не в противозаконном проникновении в жилище и расследовании по этому поводу.
– Слава Богу. Кто же это?
– Не надо строить догадок, сэр.
– Но вы можете, по крайней мере, сказать: мужчина это или женщина?
Губы Саймона скривились. Он больше не мог сдерживаться.
– Как будто вы сами не