Туман над пепелищем стр. 47
бы стал богаче на ту самую сотню фунтов: байк, и так неплохой — Харлей все-таки — стал достоин того, чтоб на него сел сам агент 007, господин Бонд, Джеймс Бонд. Ибо, побывав в шаловливых ручках мастера Франко, железный конь приобрел способность летать, исчезать, стал более устойчив, мог завестись и заглохнуть только от пожелания любимого хозяина, а уж на каком топливе он ездил, только сам артефактор и знал, потому как лично Ди ни слова из объяснения не понял. Зато понял, кого можно будет рекомендовать на должность Кью, буде такая когда-либо организована, о чем и сказал.
— Это ты так намекаешь, что хочешь полетать? — насмешливо прищурился Франко.
— Ты разве в седло пустишь? — честно говоря, Дадли и сам бы не сел: во-первых, он не слишком любил высоту, во-вторых, понимал, что с управлением элементарно не справится.
— Неа, — плутовски улыбнулся маг и достал палочку, направив ее в сторону седушки «второго номера». — Но покатать покатаю.
Дадли хватило на колокол, разворот и бочку.
— Чтобы я… еще… когда-нибудь… — заявил он, пытаясь минералкой вернуть себе бодрость духа.
— Да ладно тебе, Ди! Мы ж так, кружочек сделали и все. Ты б видел, что выделывают игроки на матче в квиддич!
Дурсль допил бутылку, мрачно посмотрел на Франко и припечатал:
— Психи!
— Зато покатался на волшебном байке. Оклемался?
— Почти. Надеюсь, своего крестника ты так не катал?
Маг покаянно вздохнул. Значит, катал.
— У ребенка был день рождения.
На скромный взгляд Дадли, это не оправдание.
О том, как прошло знакомство, Франко рассказал уже сидя в гостиной Дадли. В сущности, там и рассказывать было нечего. Франко и Харпер подкараулили Ибби около клиники. Вопреки ожиданиям, женщина не испугалась, более того, она узнала Дуэйна в лицо. Более того, она знала, что они однажды придут, и ждала этого дня. Когда Франко спросил почему, сказала, что их появление означало, что отныне они с дочерью в безопасности, а те, кто убил Стюарта и Кевина, до нее больше не доберутся. Так ей пообещал в письме Кевин, и до сих пор его обещания сбывались. Еще Кевин попросил ее передать Франко его дневник. Вернее, не именно Франко, а спутнику отца Стюарта. Затянутая в кожаный переплет книжица больше походила на обычный магловский ежедневник, внутри которого, помимо записей, находилось письмо, адресованное тому, кто однажды придет вместе с Дуэйном Харпером.
24.
Приветствую тебя, таинственный незнакомец!
Если ты читаешь это послание, я уже мертв, рано или поздно, так или иначе. Если Ибби передала тебе дневник, значит, у меня получилось ее спасти, если нет — то во имя Мерлина, я искренне надеюсь, что ты к шайке Боула не имеешь никакого отношения. Потому что в таком случае все мои усилия напрасны, а все мы — я, Стюарт, его отец, Ибби и ее девочка — умерли. И прочтя это письмо, ты посмеешься и сожжешь его вместе с дневником. Но если нет…
Знаешь, я неплохо гадаю. В тринадцать лет, готовясь к Прорицаниям, я узнал о гадании на абрикосовых косточках. Мне, родившемуся у весьма прагматичных родителей — знаешь, они считают магов чем-то вроде Людей Икс — отчего-то именно этот способ