Библиотека

Туманный ЛуноМИФ стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

забранных сетками ламп сверкнула словно отполированная лысина. — Он угнал спрута!

Приехали…

Глава третья, отрешательная

Я опять медленно брела по палубе. Во-первых, Федул выставил меня из своих громыхающих владений и поднял такого шороху, что теперь трясло весь корабль, во-вторых, кое-что я из него успела вытряхнуть прежде, чем за моим крупом… в смысле, попой с жутким лязгом захлопнулась дверь машинного отсека.

Спрут, разумеется, был не настоящий — робот-подлодка, предназначенный для обслуживания корпуса и винтов корабля. Бронированная сфера со щупальцами и сдвоенным винтом. Таких на «Аквилоне» было три. В принципе, хоть экипаж спрута состоял из двух человек, его запросто мог вести один пилот — второй преимущественно управлялся с манипуляторами, несущими инструменты, да и управление было вполне разумно рассчитано отнюдь не на асов подводного боя, автокормчий там был. Причём тут учёные? А они одного спрута взяли в аренду и увешали приборами — Народный Университет Бестиологии Ыргынополиса решил положить конец долголетним и доходящим до руко-, ного- и стулоприкладства спорам о существовании некоего подводного чуда-юда.

— Вишь ты, толком даже не знают, есть ли тот зверь, аль нет, а всё ищуть, что того Буджума, — бурчал Федул, конвоируя мою персону к люку. — Только морду, грят, с усищами огроменными изредка кажет, да тут же прячется, значить. Навроде электрофрегат «Фарагут» его как-то тралом накрыл, да тот усами из сетей распутался и ушёл. Давеча орали друг на дружку, чутка физии не били, одни — мол, нигде это чудо-юдо не водится, потому как выдумка, и зрят его, аки Змия Горыныча, исключительно после пятого стакану грибного рому из очепят, а те им — шалишь, просто шибко-де оно требовательное да привередливое, потому плавает только в одном кругосветном подводном течении Эквистриме с его особой солёностью и тиримпатурой, там, дескать, только и живёт такой, как ему по вкусу, этот, как его… фикопланктон! И переводит он его, усищами загребаючи, тьму-тьмущую, сталбыть, от души, по-нашенски. А чтоб какую другую живность — ни-ни. Даже название ему латинянское придумали — Mordanius Nehilоus, вродь. Так, усё, ты иди-ка теперь отседова, а я капитана сча обрадую. Чую, будет всем на орехи…

И за мной захлопнулась тяжеленная бронедверь, завизжав кремальерой. Поглядев на лестницы, зловеще ждущие отпечатков моих ног, рук и сразу засвербевших полупопий, я быстренько подключила к вопросу левитацию, и успела воспариться прежде, чем поднялся кипёж.

Насчёт орехов многоопытный мехлесник Кандидов не ошибся. Капитан Андерс поставил весь «Аквилон» на уши, матросы и почтенные доктора всяческих морских наук носились, как бриззи в духовке (лучше не спрашивайте!), широмамаша пыталась прыгнуть за борт и вплавь догонять угнанного спрута, пришлось дуру вязать и паковать в госпиталь.

Радисты пытались вызвать мелкого угонщика, но спрутмарина либо была уже слишком далеко для ультразвукового передатчика, либо… хотелось бы думать, что пацан просто не умеет включать приёмник. Я тяжело вздохнула и потёрла… татушку. Вот как чуяла, что придётся-таки лезть в местные реалии. Говорят, что капитан приказал развернуть корабль и идти на поиски, сонар засёк запуск и примерный курс уходившей спрутмарины, однако радиоакустики логично всё списали на очередные учёные забавы и тревогу не забили.

Но в любом случае уже поздно. Ибо наступает сорок девятое завершение этого чудного дня, комар

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.