Турнир стр. 177
земли, голова бессильно дернулась, и мгновение спустя обмякшее тело кулем свалилось наземь.
– Удаление! – Лысый судья полез в карман за красным жетоном. – Оба – вон с поля!
– Вратаря нельзя удалять, – вмешался Гийом. – Правилами запрещено.
Арбитр колебался долю секунды.
– Вместо него наказание отбываешь ты, – предъявив жетон командиру Призрачных Псов, он поманил пальцем Сильвио. – Еще один такой прием, и я объявлю турнир несостоявшимся.
По губам коварного претендента скользнула легкая усмешка: размен оказался намного удачней, чем планировалось в перерыве. Лучший игрок соперника корчился на газоне от боли, еще один был наказан за несдержанность своего капитана. Осталась сущая малость: добить обескровленного противника.
Добили. Пока штатные целители – магистр Цириус и ведьма Хельма – колдовали над Лисом, «Королевский клуб» провел стремительную атаку, закончившуюся взятием ворот. Вовка, вынув мяч из сетки, со злостью запулил его в вечереющее небо.
– Надо продержаться, капитан. – Лейтенант Фес, чья обрезка и привела к голу, смотрел виновато.
– Отзывай всех в оборону, – хрипло приказал Вовка. – Счет скользкий, но продержимся.
Не продержались. Будь на поле Антон, он подсказал бы, что нельзя прижиматься к своим воротам, отходить в глухую оборону. Опытный противник обязательно накажет за такую ошибку. Опасное это занятие – игра на удержание счета. Да еще когда в твоей команде на одного игрока меньше.
Второй – победный – мяч «Королевский клуб» забил одновременно с финальным свистком.
Пот застилал глаза, и душа заныла муторной, тревожной болью. Откинув прилипшую прядь со лба, Вовка устало опустился на мягкую траву. Внезапная в своей простоте истина глухо отозвалась в сердце: своих новых друзей он больше никогда не увидит. Ни в одном из миров.
О себе он в эту минуту не думал.
Глава двадцать восьмая
Главная имперская арена,седьмой звон пополудни– Время! Время! – Маленький, тщедушный человек в смешной охотничьей шляпе торопливо семенил по полю, яростно размахивая руками.
Его никто не слышал – шум стоял невообразимый. Но в уютную закрытую ложу, защищенную магическим пологом, рев беснующихся трибун проникнуть не мог. Беседу вели четверо зрителей только что закончившегося турнира.
– Твой избранник проиграл, прекраснейшая. – Император взирал на богиню с неподдельным сочувствием. – И боги ошибаются, не все им подвластно, коль честен поединок.
– Честен… – Личный шут от возмущения поперхнулся вином. – Если бы не сломали маэстро, не видать бы им победы как собственных ушей… Тоже мне, нашел честь в коварстве и подлости!
Император равнодушно пожал плечами – на войне как на войне. Его такие мелочи не волновали.
– Время! Время! – Человечек, запутавшись в полах длинного нелепого плаща, кубарем покатился по газону.
На трибунах послышался благодушный, незлобивый смех: веселились в основном те, кто поставил крупные суммы на фаворита. Их ставка сработала, теперь можно и посмеяться от души.
– Может быть, ты и прав, смертный, – бросив мимолетный взгляд на поле, Диана-охотница задумчиво накрутила косичку на палец. – Иномирянин закрыт от моего взора, и я не могу предсказать его судьбу.
– А чем он тебя заинтересовал, прекраснейшая? – Император лениво приподнял бровь. – Обычный воин, к тому же не очень умелый. Неотесан, с ужасными манерами простолюдина, скверным характером, еще и упрям до чрезвычайности… Что мне непонятно, так это беззаветная преданность его друзей – не каждый готов сложить голову за другого.
Богиня тряхнула головой. Запели косички, заискрили гранями