Тварь размером с колесо обозрения стр. 148
раздался голос из спальни. — Ты где?
— Сейчас иду, — сказал я. — Все хорошо.
Но Яна не поверила; встала с постели и пришла в гостиную в ночнушке; терла глаза и испуганно глядела на меня. Кот поднялся, выгнул спину и побрел к пустой миске: решил, что люди специально поднялись, чтобы его покормить; что другой причины подниматься среди ночи у них нет. Я остался сидеть на полу. Яна потрогала мне лоб:
— Точно все хорошо? Температуру мерил?
— Да все нормально с температурой, что ты в самом деле. Я чувствую, даже если всего тридцать семь.
— А в чем тогда дело?
— Не знаю. Спать не хочется. Решил вот Гуфа погладить.
— Нашел время. Тебе нехорошо? Хочешь, на кухне посидим, поболтаем.
— Не надо, я же вижу, ты спать хочешь. Пойдем.
Она продолжала смотреть с испугом.
— Ты точно от меня ничего не скрываешь?
Я замялся:
— Слушай… да нет, ерунда.
— Давай без ерунды! Начал — говори.
— Ну, ерунда же в самом-то деле. Показалось, что услышал какой-то стук. Будто в дверь стучали, вот и проснулся. Ты ничего не слышала?
— Стук? — Она нахмурилась. — Вроде нет. Но я крепко спала. Проснулась, потому что ты ходить начал, свет зажег.
— Значит, показалось. Пошли спать.
Я потушил свет в гостиной, мы вернулись в спальню и легли в кровать. Яна быстро уснула. Я продолжал слышать тихий стук. Он не прекращался. Я подумал, что не смогу уснуть под этот страшный продолжающийся звук; но не прошло и десяти минут, как задремал. Мне приснилась дверь; больше ничего не помню.
Был декабрь 2016 года — необычайно снежный для Ростова второй год подряд. Мы готовились к празднику: покупали подарки, угощение, римские свечи, хлопушки, выбрали на елочном базаре пушистую сосну, притащили ее домой и украсили. Помню, был утренник в детском саду; я снимал его на камеру. Майя рассказывала стихи, кланялась благодарным зрителям, водила хороводы вокруг Деда Мороза; Влад ездил на занятия по программированию на западный в воскресную школу при университете, лениво просыпался рано утром и засыпал поздно, не в силах оторваться от компьютера, был нетороплив и последователен в своей лени; Яна совсем замоталась в школе — последние дни перед зимними каникулами тяжелые.
Мне снилась тварь — почти каждую ночь. Я просыпался, едва сдерживаясь, чтоб не завопить. Я боялся подняться среди ночи: в темноте квартиры меня кто-то поджидал. Я слышал стук; кто-то стучал в квартире каждую ночь иногда тише, иногда громче, непонятно было, где именно стучат; звук слышал только я. Я решил, что этот стук у меня в голове. И черная тварь у меня в голове. И самое страшное: эта дрянь охотится на моих детей. Протягивает к ним лапы, щерится, глядя на их спящие лица; дразнит меня. Черная тварь у меня в голове хочет сожрать моих детей. Я говорил себе: это психоз. Это галлюцинации.
Днем мы с детьми в преддверии Нового года устраивали конкурсы; это придумала Яна, сначала мы боялись, что ничего не выйдет, дети заскучают, но им пришлось по душе, они втянулись, даже Влад участвовал, он этого не показывал, но видно было, что ему нравится. Майя полюбила забираться ко мне в кресло, чтоб попросить: папа, давай посмотрим смешные видео про котов. Я открывал ютуб,