Твердая рука стр. 130
дружка мокрого места не оставлю. По глазам, парень, и по носу. А попробуешь дернуться, мы его так исполосуем, что он навсегда заткнется. Понял?
Я подумал о Мэсоне в Танбридж-Уэллсе. Слабоумном и слепом.
И промолчал.
— Я поеду с твоим дружком, — сказал он. — Запомни это.
Его напарник закрыл верх прицепа, и солнце исчезло, уступив место полной тьме. У многих передвижных денников крыша открывается легко, а у этого нет.
Я оцепенел.
Мотор «Лендровера» завели, и машина двинулась юзом по узкой дорожке.
Одного толчка при выезде было достаточно, чтобы меня встряхнуло и я чуть не свалился. Я понял, что лучше сесть.
Прицеп соорудили так, чтобы он смог выдержать вес и удары лошадиных копыт.
Я беспомощно сидел на полу, среди комьев грязи и навоза. В голову мне лезли страшные мысли.
После столь непредсказуемого путешествия я согласился поехать с Лукасом и, как последний идиот, на целый день оставил машину на всеобщем обозрении. Они могли схватить меня в Жокейском Клубе. Или вчера, или сегодня утром. Вчера, подумал я, стоянка была забита машинами, а я оставил «Шимитар» на улице и взял талон.
Я не поехал к себе домой. Я не стал возвращаться в Эйнсфорд. Я не был в «Кавендише». Я не был ни в одном привычном для меня месте. В конце концов я решил отправиться в Жокейский Клуб.
Я сидел, проклинал себя и думал о Треворе Динсгейте.
Поездка заняла без малого час — было мучительно душно и постоянно трясло на поворотах. Я старался не загадывать, чем это кончится. Вскоре мне удалось услышать Чико через перегородку, но я не разобрал ни слова. Шотландец что-то отвечал ему грубым, невыразительным голосом и рокотал, как гром.
Два наемника из Глазго. Джекси рассказал мне о них. Первый, карауливший Чико, несомненно, был профи. Не запутанный заказчиком бездумный, заурядный исполнитель, а крепкий, напористый, быстро соображающий убийца. Что гораздо хуже.
Внезапно тряска прекратилась, и до меня донеслось какое-то лязганье. Я догадался, что денник разъединили с «Лендровером». В наступившей тишине я услышал голос Чико.
— Что случилось? — дрожа от волнения, спросил он.
— Скоро узнаешь, приятель.
— Где Сид?
— Успокойся, парень.
Удара не последовало, но Чико притих. Дверцы распахнулись. Я полностью осознал, что сейчас среда, половина седьмого и уже начинает смеркаться.
— Вылезай, — скомандовали мне.
Я поднялся на ноги. Шотландец стоял передо мной и держал наготове вилы, указывая мне путь их острыми зубцами. Я выглянул и увидел, куда нас привезли.
Отсоединенный от «Лендровера» прицеп стоял в помещении, а само это помещение было залом для верховой езды на ферме Питера Раммилиза.
Стены из деревянных панелей. Окна на крыше распахнуты из-за жары. И снаружи ничего не разглядишь.
— Вылезай, — повторил он и взмахнул вилами.
— Делай, что он сказал, парень, — грозно проговорил охранник Чико.
— И давай по-быстрому.
Я безропотно подчинился.
Выбрался из прицепа и прошелся по мягкой золотой стружке.
— Сюда, — он опять поднял вилы. — К стенке. — Его голос звучал грубее, а акцент был сильнее, чем у караулившего Чико. Да ничего другого я от этого бугая и не ждал.
Я сделал несколько шагов и почувствовал, что ноги мне не повинуются.
— А ну, давай мигом к стенке.
Я повернулся и задел плечами панель. В эту минуту я