ТВТ стр. 16
чтобы заклепка была над самой щелочкой. Так. А теперь остается только стукнуть по ней чем-нибудь, и она выскочит.
– Вот этим! – подскочил второй мальчик и подал Клаве круглую железяку с узким концом.
Клава взяла ее в правую руку и стала обдумывать, как бы это стукнуть ею по заклепке. Заметив это, Леня и его товарищ так захохотали, что сбежались все ребята;
Инструктор крикнул:
– Чего вы? Отойдите, не мешайте им! Ребята неохотно отошли. А Клава чуть не заплакала. Лене стало неловко, и он ласково проговорил:
– Ничего, ничего. Ты возьми ее в левую руку, поставь концом на заклепку и пристукни молотком. Теперь уже и сама Клава сообразила, что только так и нужно делать,
Она стукнула несколько раз по железу – и заклепка выскочила.
– Вот и все, – сказал Леня. – А теперь возьми откуси этот гвоздь вот тут, около головки.
– Откусить? – удивилась Клава.
– Ну, это мы так говорим, – засмеялся Леня. – Возьми эти кусачки и вот так сожми в этом месте гвоздь. Клава вставила гвоздь, сжала обеими руками кусачки и сама не заметила, как гвоздь был перекушен.
– Совсем легко! – радостно воскликнула она.
– Легко и просто, – подтвердил Леня. – А теперь делаем последнюю операцию. Приложи ручку к сковородке и просунь
этот кусочек гвоздя через обе дырки.
Положи на тиски головкой вниз. Я тебе помогу подержать. Теперь бери молоток и бей по гвоздю, чтобы его расплющить.
Осторожно, неумело начала Клава бить по гвоздю.
– Смелей, сильней! – покрикивал Леня. – Надо расплющить его совсем.
А когда она попробовала стукнуть сильней, то не попала по гвоздю.
– Ничего! – утешал Леня. – Лупи сколько влезет. Клава начала "лупить, сколько влезет", причем больше половины ударов попадало мимо. Но все-таки конец гвоздя постепенно расплющивался и наконец превратился в такую же самую головку, как и с другой стороны, только кривую.
– Хорошо будет, – сказал Леня.
Клава осмотрела свою работу, подергала ручку – держится крепко, хоть еще есть дырка для второй заклепки. Клава почувствовала огромное удовлетворение, какое всегда бывает у человека, сделавшего своими руками какое-нибудь полезное дело. За вторую заклепку она взялась уже самостоятельно, уверенно и сделала ее немножко лучше и быстрее, чем первую. Подошел инструктор, взял в руки сковородку, осмотрел ее и спросил:
– Сама сделала?
– Сама! – ответили Леня и Клава вместе.
– Очень хорошо. И всегда старайся, что можно, делать сама. Возьми еще вот этот напильник и попробуй загладить им заклепку.
И старый мастер отошел, тоже довольный, как человек, который сделал полезное дело. Он больше всего любил труд и хотел, чтобы все любили его. Он жалел тех людей, которые не могут или не хотят сами себе помочь в каком-нибудь маленьком деле. Хоть учил он своих учеников слесарному делу, но требовал, чтобы они сами себе и ботинки починили и пуговицу пришили. Поэтому он заставил и эту незнакомую девочку помочь самой себе.
Клава вернулась домой с таким сияющим лицом, словно к ней пришло невесть какое счастье.
Мать взглянула на нее с удивлением:
– Что у тебя такое?
– Во! – торжественно произнесла Клава, подавая сковородку.
– Исправлена? Так быстро? – сказала мать. – И как крепко держится!
А ведь я сама это