Ты боишься темноты? стр. 63
потолкую с Алтьери, он оставит меня в покое?
— Интересный вопрос, — усмехнулся Гринберг. — Вполне возможно… если посчитает, что мы за ним следим. Хотите встретиться с ним лично?
— Нет… я…
— Она хочет сказать, что согласна, — перебила Келли.
Дом Энтони Алтьери представлял собой типичное каменное здание в колониальном стиле в округе Хантердон, штат Нью-Джерси. Огромное строение располагалось в глухом месте на участке в пятнадцать акров, окруженном высоким железным забором. Тут росли тенистые деревья, голубели пруды и переливался всеми цветами радуги большой сад.
Прямо за воротами находилось караульное помещение, где сидел охранник. Увидев подъезжавшую машину, он вышел навстречу.
— Добрый день, лейтенант, — приветствовал он, очевидно, узнав Гринберга.
— Здравствуйте, Цезарь. Нам нужен мистер Алтьери.
— У вас есть ордер?
— Нет, это что-то вроде визита вежливости. Слово офицера. Ни ареста, ни обыска.
Охранник взглянул на женщин и пожал плечами.
— Подождите здесь, — велел он и направился в будку. Вскоре он снова появился и открыл ворота.
— Можете заезжать.
— Спасибо, — кивнул Гринберг и подкатил к самому входу.
Едва они вышли из машины, из дома появился второй охранник:
— Следуйте за мной.
Он провел их через гигантскую гостиную, причудливо обставленную антикварной и современной мебелью. Несмотря на то, что день выдался теплым, в громадном камине ревело пламя.
Все трое молча шагали за охранником, не задавая вопросов. Тот открыл дверь, и они оказались в большой темной спальне. Алтьери лежал в постели, под капельницей. Дайане он показался живым скелетом. Он очень постарел и похудел с того дня, как она видела его в суде. У кровати стояли священник и сиделка.
Алтьери оглядел вошедших и остановил взгляд на Дайане.
— Какого черта тебе тут надо? — выдохнул он хрипло.
— Мистер Алтьери, я попросила бы оставить меня и миссис Харрис в покое. Зачем вы преследуете нас? Отзовите своих людей. Вам недостаточно было убить моего мужа, и…
— Что это ты мелешь? — прошипел Алтьери. — Да я ничего не слышал о твоем муже. Только прочел об этой дерьмовой записке, которую нашли на его трупе. «Будешь кормить рыб»! — Синеватые губы растянулись в издевательской ухмылке. — Вижу, кое-кто насмотрелся «Сопрано» и работает под нас. Так вот что я скажу тебе, дамочка, и даже денег за это не возьму. Ни один итальянец такого не написал бы. Плевать мне, сдохнешь ты или еще поживешь. Но мне сейчас ни до кого нет дела. — Он поморщился от боли и схватился за горло. — В эту минуту я пытаюсь примириться с Богом, так что…
Алтьери стал задыхаться.
— Думаю, будет лучше, если вы уйдете, — посоветовал Гринбергу священник.
— Что с ним? — прошептал тот.
— Рак.
Дайана в последний раз взглянула на умирающего.
Плевать мне, сдохнешь ты или еще поживешь… В эту минуту я пытаюсь примириться с Богом…Нет, в таком состоянии не лгут. Ему действительно нет до нее дела.
Дайану охватила всепоглощающая паника.
На обратном пути детектив Гринберг встревоженно заметил:
— Как хотите, а он говорил правду. И это мне совсем не нравится.
— Вы правы, — нерешительно кивнула Келли. — Этот человек умирает. Он занят только собой.
— Вы можете назвать причину, по которой кто-то задумал избавиться от вас обеих?
— Нет, — не задумываясь, ответила Дайана. — Если это не Алтьери… — Она покачала головой. — Просто не представляю.
— Я… я
тоже, — призналась Келли.
Гринберг