Ты боишься темноты? стр. 73
свои визитные карточки. В каждую запаян микрочип размером с песчинку. Сигнал от него идет прямо на спутник, а Глобальная система позиционирования, активируясь, указывает точное место, где их можно отыскать. Понимаешь, болван?
Эндрю судорожно сглотнул.
— Д-да, Таннер.
Тот снова повернулся к экрану и нажал вторую кнопку. Карта засияла крошечными огоньками, постепенно смещавшимися вниз. Огоньки замедлили бег у небольшой зоны, после чего снова поплыли вперед. Крошечная красная точка двигалась вдоль улицы так медленно, что названия зданий были ясно видны.
— Это Западная Тридцать четвертая улица, — пояснил Таннер. — Ресторан «Текила», аптека… больница Святого Винсента… «Банановая республика»… церковь Богородицы ГвадалупскоЙ…
Красная точка замерла.
— А вот и отель «Уилтон»! — торжествующе воскликнул Таннер. — Значит, мои рассуждения были верны. Логика — великое дело. Видишь, я был прав!
Эндрю облизнул губы.
— Да… был прав…
— Можешь идти, — отмахнулся Таннер, поднимая сотовый. — Флинт, они в отеле «Уилтон» на Западной Тридцать четвертой, — коротко бросил он, прежде чем отключиться. Положил сотовый на место, поднял глаза и увидел стоявшего в дверях брата. — Ну, что тебе? — нетерпеливо бросил он.
— Когда я поеду… ну… знаешь… в Швецию… за моей Нобелевской премией? Ведь мне дали премию?
— Да, но это было семь лет назад.
— Правда?
Эндрю повернулся и зашаркал к себе. А Таннер вдруг вспомнил о срочной поездке в Швейцарию три года назад…
Он решал сложную проблему логистики, пытаясь понять, где допущена ошибка, когда секретарь сообщила, что на проводе Цюрих.
— Я занят… впрочем, ладно, поговорю, — буркнул он, поднимая трубку. Лицо его постепенно мрачнело. — Понятно, — хмуро сказал он. — Уверены? Нет, не важно. Я сам займусь этим.
И, нажав кнопку переговорного устройства, велел передать пилоту, чтобы готовил «Челленджер».
— Мы летим в Цюрих. Всего два пассажира.
Он встретился с Маделайн Смит в «Ротонде», лучшем ресторане Цюриха. Она уже ждала его: красивая блондинка лет тридцати, с прелестным овальным личиком, короткой стрижкой и гладкой бело-розовой кожей. Из-под свободного платья выпирал округлый животик: женщина была на последних месяцах беременности.
Таннер подошел к столу. Маделайн встала и протянула руку.
— О, что вы, — смутился Таннер. — Пожалуйста, садитесь.
— Рада познакомиться, — ответила она с едва заметным акцентом. — Честно говоря, после звонка вашего помощника мне показалось, что это розыгрыш.
— Но почему?
— Как же, вы такая важная персона — и вдруг летите в Цюрих специально для встречи со мной. Я и представить не могла…
— Могу объяснить, почему я здесь, — улыбнулся Таннер. — Я слышал, что вы блестящий ученый, мисс Смит… Кстати, могу я звать вас просто Маделайн?
— О, пожалуйста, мистер Кингсли!
— Мы в КИГ ценим таланты. Вы
именно тот человек, который нужен в КИГ. Сколько уже лет вы работаете в «Токио интернэшнл груп»?
— Семь.
— Значит, семерка — ваше счастливое число, потому что я предлагаю вам работу в КИГ и вдвое большее жалованье, чем ваше нынешнее. Вас назначат начальником отдела, и…
— О, мистер Кингсли! — выдохнула сияющая Маделайн.
— Так вы заинтересованы в моем предложении?
— О да, еще бы! К сожалению, я не могу начать прямо сейчас.
Таннер озабоченно сдвинул брови:
— О чем вы?
— Видите ли, у меня будет ребенок, и я выхожу замуж…
— Не проблема, — заверил Таннер. — Мы все устроим.
— Но есть еще одно препятствие, — вздохнула Маделайн. — Я работаю над новым проектом, и