Ты и я стр. 22
что не получится. Это мой подвал. Я тут живу. Здесь место только для одного человека.
Она молча смотрела на меня, словно думая, будто я шучу.
Пришлось добавить:
— Извини, но это так. Я просто не могу…
Она покачала головой, не веря своим ушам.
— Зверски холодно. Тут на улице градусов пять мороза. Просто не знаю, куда деться. Прошу тебя, помоги.
— Нет, прости.
— Знаешь что? Ты такой же, как твой отец.
— Наш отец, — поправил я.
Она достала пачку «Мальборо» и закурила сигарету.
— Объясни мне, почему я не могу провести тут ночь? В чем проблема?
Ну вот как ей объяснить? Я начинал злиться. Чувствовал, как гнев захлестывает меня.
— Ты все мне испортишь. Тут тесно. И опасно. Я прячусь. Нет, не могу пустить тебя. Иди куда-нибудь в другое место. Вот, придумал — позвони в квартиру. И они положат тебя спать в комнате для гостей. Там тебе будет очень хорошо…
— Чем ночевать у этих сволочей… лучше уж провести ночь на скамейке в парке виллы Боргезе.
Но что она себе позволяет? Что такого сделал мой отец, чтобы заслужить подобное отношение дочери? Я пнул ногой стену.
— Пожалуйста… Прошу тебя… Тут у меня такой порядок, я все очень хорошо, просто отлично устроил, а теперь являешься ты и затеваешь целую историю… — И вдруг я заметил, что едва не плачу, хотя терпеть не могу плакать.
— Ну тогда… Как тебя зовут? Лоренцо. Лоренцо, послушай меня внимательно. Я по-хорошему отнеслась к тебе. Утром ты попросил меня никому ничего не говорить, и я никому ничего не сказала. И ни о чем тебя не расспрашивала. Не захотела ничего знать. Это твои дела. А теперь прошу тебя о помощи. Выйди на минутку, открой мне дверь, я войду, и никто нас не увидит.
— Нет. Я поклялся, что не выйду.
Она посмотрела на меня:
— Кому поклялся?
— Самому себе.
Она затянулась сигаретой.
— Тогда знаешь, что я сделаю? Позвоню по домофону и сообщу, что ты сидишь в подвале. Как тебе такой план?
— Ты ни за что этого не сделаешь…
Оливия недобро усмехнулась:
— Вот как? Ты меня плохо знаешь…
Она отошла на середину двора и довольно громко заговорила:
— Внимание, внимание! В подвале прячется мальчик. Это Лоренцо Куни, он притворяется, будто отправился кататься на лыжах. Владельцы дома…
Я ухватился за оконную решетку и взмолился:
— Тихо! Замолчи, прошу тебя!
Она весело посмотрела на меня:
— Тогда открой, или мне нужно разбудить весь дом?
Я никак не ожидал, что она так вероломна. Она провела меня.
— Хорошо. Но завтра утром уйдешь. Обещаешь?
— Обещаю.
— Ладно. Иди к двери.
Я выбежал так поспешно, что только в коридоре заметил, что не обулся. Надо было сделать все как можно быстрее. К счастью, время было уже позднее. Родители иногда возвращались за полночь, но не позже трех.
— А что, если сейчас, открывая дверь, столкнусь с ними? Ох и вляпаюсь! — сказал я себе, летя через две ступеньки наверх. Миновал каморку привратника. Ночью Мартышку можно не опасаться. Он спал чуть ли не летаргическим сном. Он объяснит мне почему. Виной тому цыгане, которые что-то сделали с ним. Года три назад они проникли в его квартиру и прыснули ему в лицо каким-то усыпляющим спреем. Притом что