Библиотека

У стен Берлина стр. 199

Размер шрифта
-
+
Тема

адмиралом Г. Фридебургом к командующему 21-й группой армий фельдмаршалу Б. Монтгомери. Перед адмиралом стояла задача считать главным вопросом переговоров с англичанами спасение как можно большего числа немецких солдат от «порабощения большевиками». Возглавляемая им делегация добивалась того, чтобы германским войскам, в том числе и 3-й танковой армии, которая сражалась против Красной армии, было разрешено пройти через расположение английских войск. Разумеется, права принимать капитуляцию от противника, который сражался против советских войск, Монтгомери не имел. Это было в компетенции Эйзенхауэра, который вмешался и не разрешил фельдмаршалу принимать капитуляцию на советско-германском фронте и в Норвегии. На следующий день германская делегация подписала протокол о безоговорочной капитуляции перед англичанами, который вступал в силу 5 мая с 8.00.

В тот же день капитулировали германские войска, действовавшие в Хорватии, Австрии и Баварии. «Мы должны просто радоваться каждой возможности оккупации нашей территории американскими, а не русскими воинами», — так оценили эти события в ставке Деница.

Все немецкие боевые группировки, расположенные в Голландии и Северо-Западной Германии, капитулировали перед 21-й группой армий. Прекратили сопротивление и военно-морские силы на Балтийском и Северном морях, но лишь против англо-американских сил. Выполняя соглашение о перемирии, командование германского военно-морского флота вместе с тем поставило своим кораблям задачу продолжать эвакуацию войск из Курляндии и Восточной Пруссии. Оно приказало направить туда все, что только возможно, в том числе и 12 эсминцев из Дании. Словом, Монтгомери, несмотря на запрет Эйзенхауэра, правда, неофициально, но все же разрешил незаконную эвакуацию немцев с восточного фронта.

Разоружение противника в Дании и Норвегии в некоторых деталях отличалось от разоружения в других странах, оккупированных немцами. С одной стороны, здесь противник не потерпел поражения на поле боя и был склонен поэтому требовать особого обращения. С другой стороны, наличие здесь большого количества немецких раненых и беженцев, а также перемещенных лиц ненемецкой национальности накладывало на оккупированные страны и союзные части тяжелое бремя ответственности за их эвакуацию. Более того, в обеих этих странах силы противника значительно превосходили количество войск союзников, направленных сюда. В обеих этих странах представители Верховного штаба союзных войск испытывали трудности во взаимоотношениях с разными советскими властями. Задача разоружения противника в этих странах была верховным командующим поручена представительствам верховного штаба, созданным в 1944 году, которым были приданы войска на случай, если Германия потерпит поражение и капитулирует. В Дании представительство фактически завершило свою работу ко времени расформирования Верховного штаба, но в Норвегии представительство закончило свои дела лишь осенью 1945 года.

Глава представительства Верховного штаба в Дании генерал-майор Дьюинг, сопровождающие его лица и парашютная рота 5 мая,

вскоре после капитуляции немцев в Люнебурге, прилетели в Копенгаген и отдали приказы на эвакуацию сил противника из Дании. Он также информировал главнокомандующего германскими вооруженными силами в Дании генерала Линдеманна, что он должен увести свои войска обратно в Германию под руководством своих офицеров и при их обычном вооружении. Госпиталям с их больными и обслуживающим персоналом было разрешено пока остаться. Генералу Линдеманну было дано указание арестовать личный состав войск СС и гестапо в Дании и списки их направить англичанам. Генерал Дьюинг запретил высаживать на берег немецких солдат и беженцев с кораблей, стоявших на копенгагенском рейде, и не разрешил использовать датские порты кораблям, которые тогда проводили

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.