Убийца с того света стр. 230
Краем глаза Павел Васильевич продолжал наблюдать за тополем, но основное внимание сконцентрировал на главных воротах, где недавно так удачно для него устроилась большая черная ворона, оповестившая его о том, что те, кого они с Веней ждали, наконец-то пришли. У главных ворот Мироносицкого кладбища стояла часовня, когда-то ее разрушили, но спустя пару лет после окончания войны жители окрестности с разрешения местного обкома отстроили ее вновь. Там же, у часовни, рос еще один тополь, более старый и более толстый, чем первый, и именно за ним, по утвержденному Зверевым плану, сейчас должен был находиться Костин. О том, что Веня добрался до места и ждет его условного сигнала, сомнений у Зверева не было. Сделав пару вдохов, Зверев сунул руку в карман и достал из него милицейский свисток. Павел Васильевич протяжно засвистел и тут же прижался к земле. Спустя пару мгновений со стороны второго тополя раздался точно такой же свист милицейского свистка. Тут же послышались крики, и вслед за ними прогремели выстрелы.
Глава пятаяНа этот раз в кабинете Корнева было довольно людно. Помимо самого начальника милиции присутствовали заместитель начальника главка подполковник Борисов, старший следователь Чумаков из областной прокуратуры и еще несколько прокурорских, фамилий которых Зверев даже не знал.
Борисов сидел по правую руку от Корнева, хмурился и нервно постукивал пальцами по колену. Чумаков сидел напротив Борисова и внимательно изучал лежавшие перед ним на столе документы. Зверев, уже успевший вымыться и переодеться, утомленный, но чистый и наглаженный, сидел у стены на отдельном стуле и то и дело смотрел на входную дверь. На кожаном диване сидел понурый и осунувшийся Анатолий Хрусталев – перемазанный глиной высокий восемнадцатилетний парень с понурым лицом. На другом краю дивана расположилась бывшая подружка Вальки Чижова – Динка Алексеева. В выцветшей цветастой кофте и серой юбке, растрепанная и угрюмая, девушка сидела, ссутулившись, и отрешенно смотрела в окно. Время от времени она как будто
приходила в себя, при этом тут же начинала одергивать юбку, желая прикрыть разорвавшийся на ноге хэбэшный чулок.
Дверь наконец-то распахнулась, и в кабинет вошел Костин. В руках он держал пробитую двумя пулями фанерную мишень, вырезанную по подобию человеческой фигуры, приколоченную гвоздями к заостренному колышку. Когда Веня уселся на свободный стул и положил на колени принесенную им мишень, Корнев, не скрывая раздражения, громко поинтересовался:
– Ну что, теперь-то начнем?
– Начнем! – ответил Зверев и поднялся. – Итак, товарищи, перед вами тот самый злосчастный Анатолий Хрусталев, совершивший разбойное нападение на гражданина Зотова и похитивший у него четыре миллиона рублей.
– Четыре миллиона бандитских рублей! – уточнил Корнев.
– Пусть будет так. Четыре миллиона бандитских рублей, предназначенных для проведения подпольного карточного турнира. В настоящее время деньги, равно как и те, что мы задержали в Болохово после ареста Бурого и его шайки, находятся в хранилище и являются вещественными доказательствами по делу об ограблении и шести убийствах.
– Подождите! Вы сказали, шести?.. Насколько я информирован, в этом деле фигурируют семь трупов! – оторвав голову от своих бумаг, вмешался Чумаков.
– Трупов действительно семь, но сейчас я говорил об убийствах! Напомню, что бандит Юрий Луковицкий, также известный как Черемша, при задержании покончил с собой у меня на глазах!
Чумаков покачал головой, что-то буркнул себе под