Убийства во Флит-хаусе стр. 43
что тот взрослеет медленнее сверстников и не любит бить других на поле для регби. Известно ли вам, инспектор, что пару недель назад Кавендиш запер Рори в подвале Флит-Хауса на всю ночь? Бедный крошка перепугался до смерти, и ничего удивительного!
– Нет, неизвестно. Однако если мистер Фредерикс знал о случившемся и о роли Чарли, то почему не принял соответствующих мер?
– Повторюсь, мистер Фредерикс хороший воспитатель, но с этим конкретным мальчишкой… Его выходки оставались безнаказанными. Что же до директора… – Сестра-хозяйка прикусила губу. – Некомпетентный – это еще слабо сказано.
– Значит, над Рори Чарли издевался с особым рвением?
– О да. Рори – легкая добыча. В глубине души обидчики – просто тру2сы. Они выбирают жертву осмотрительно.
– Бедный Рори, – вздохнула Джаз. – Хотя проблема существует в большинстве школ.
– Ее бы не существовало, если бы агрессоров тут же исключали. Однако все дело в цифрах. Директору важнее получать свои шестьдесят тысяч за учебу Чарли и не гневить его дядю при власти, чем обеспечивать огромному количеству остальных ребят безопасную и счастливую школьную жизнь.
– Вы полагаете, Чарли представлял угрозу для жизни других учеников?
– Инспектор Хантер, я говорю не только о физических последствиях систематической травли. Подобное поведение оставляет душевные шрамы. Поверьте, я знаю.
– Вы подвергались травле в школе?
– Я? – Сестра-хозяйка впервые улыбнулась. – Нет. Я давала равнозначный отпор.
«Представляю себе», – подумала Джаз.
– Мои слова, конечно, противоречат «политике компании». Если директор с Фредериксом не говорят вам правды, это очень плохо, но я не собираюсь лгать вам про Кавендиша и его агрессивное поведение.
– Благодарю за откровенность. Скажите, вы давно в Святом Стефане?
– Я проработала здесь недолго на заре своей карьеры, а теперь вот устроилась вновь, с нынешнего учебного года. Мой дом в Австралии, я навещала родственников в Норфолке по возвращении из США, и тут подвернулась временная работа в Святом Стефане. – Сестра-хозяйка пожала плечами: – В Перте меня ничто не ждало, я решила задержаться и поработать в Англии.
Так вот откуда ее акцент.
– Мистер Фредерикс сказал, что у вас обоих есть доступ к шкафчику с лекарствами. У каждого свой ключ.
– Верно. – Она поднесла руку к шее и достала цепочку с ключиком. – Мой – вот, я никогда его не снимаю.
– Вы никому не давали ключ в ночь смерти Чарли?
– Нет, конечно! Я знаю, на что сейчас способны мальчишки. Им лишь бы «приход» получить.
– Мы получили результаты вскрытия. Чарли Кавендиш умер не от эпилептического припадка, а от анафилактического шока, вызванного приемом аспирина.
Сестра-хозяйка приподняла брови.
– Врачи «Скорой» осмотрели Чарли и сказали, что он умер от припадка. Я с ними согласилась. Я, между прочим, квалифицированная и опытная медсестра.
– Симптомы были похожи, однако результаты вскрытия не оставляют сомнений. Мне предстоит выяснить, каким образом Чарли проглотил эти две таблетки аспирина. Я хотела бы взглянуть на лекарственную ведомость за тот вечер.
– Разумеется, – кивнула сестра-хозяйка. – Убедитесь сами, что все в полном порядке. Принести ведомость?
– Если нетрудно. Спасибо.
Сестра-хозяйка встала, затем, помедлив, обернулась:
– Надеюсь, неверный диагноз не запятнает моего имени. Когда я обнаружила Чарли, он был уже давно мертв.
– Не запятнает. Даже врачи «Скорой» пришли к тому же выводу, что и вы.
– Хорошо.
Джаз проводила сестру-хозяйку взглядом. Ясно, что она, несмотря на свою резкость, искренне