Библиотека

Убийство на Рождество. Для убийства есть мотив стр. 455

Размер шрифта
-
+
Тема

Галески. – Если вам что-либо известно, так давайте выкладывайте!

– Всем вам нелегко, мистер Галески, – жестко парировал Тремейн. – Понимаю, насколько неприятным может быть ожидание, но буду действовать так, как сочту нужным. В пьесе женщину убивает мужчина, который любит ее, потому что она собирается замуж за другого. В вашей постановке женщину играла мисс Голуэй, а убийцу – мистер Воэн. Это параллель с реальной жизнью, как вы наверняка заметили на репетиции сразу после смерти мисс Дэр, – той самой репетиции, на которой присутствовал и я. Мистер Воэн был влюблен в Лидию Дэр. Она собиралась замуж за другого, назовем его имя: мистер Фаррант. Лидия Дэр умерла при обстоятельствах, которые поставили мистера Воэна в опасное положение и привлекли к нему внимание полиции. Далее по ходу пьесы один человек – его играл мистер Шеннон – был убит своей женой за то, что изменял ей. В действительности убили мистера Филиппа Хэммонда. По крайней мере один из вас, а может, и не один, подозревал, что у него была любовница, с которой он виделся в Лондоне. Опять-таки примечательна параллель между убийством в пьесе и убийством, произошедшим в действительности. И точно так же, как мистер Воэн был скомпрометирован первым убийством, миссис Карен Хэммонд была серьезно скомпрометирована вторым. На их вину указывали раскрытые на сцене мотивы преступлений.

Тремейн бросил быстрый взгляд на Карен Хэммонд. Ее белокурая голова была опущена, лица он не видел, но по ее позе понял, что она напугана. Тремейн перевел дыхание. На тонкий лед взаимоотношений Карен и Филиппа Хэммонда он уже ступил, но до сих пор не услышал ни единого возражения. По крайней мере, пока рассказ об убийствах полностью завладел вниманием присутствующих.

– Одним совпадением, – продолжил Тремейн, – еще можно было бы пренебречь. Но двумя – нет. По моему мнению, допустимо лишь одно объяснение: убийства в пьесе и убийства в реальности взаимосвязаны. Иными словами, тот, кто написал эту пьесу, имел в виду Лидию Дэр и Филиппа Хэммонда, зная, что им предстоит умереть.

С лица Сержа Галески исчезло выражение превосходства. В его манерах больше не было ни следа небрежной беспечности.

– Хотите сказать, – хрипло выговорил он, – что пьесу написал преступник?

– Да, – кивнул Мордекай Тремейн, – это я и имел в виду.

– В таком случае как в вашу версию вписывается убийство Эдит Лоррингтон? – спросил Мартин Воэн. – Где его аналог в пьесе?

– Его нет, – ответил Тремейн. – Смерть Эдит Лоррингтон не предполагалась.

– Тогда почему ее все-таки убили?

– Она слишком много знала.

– Если Эдит знала достаточно, чтобы заставить убийцу пойти на риск и избавиться от нее, почему не сообщила кому-нибудь о том, что ей известно? Эдит была не из тех, кто подолгу хранит молчание. Почему она не рассказала обо всем вашему другу, инспектору Бойсу?

– Ответ прост: она сама не сознавала, какой информацией владеет.

Если раньше на сцене ощущалось лишь напряжение, то теперь страх и подозрение выплеснулись наружу. Сидящие за столом люди уже не были дружелюбными представителями одного сообщества. Они стали враждебно настроенными чужаками, украдкой следили друг за другом, явно боялись своих соседей.

Пухлыми пальцами Говард Шеннон нервно теребил собственный галстук. Он с трудом сглотнул и произнес:

– Но откуда нам знать, что вы все это не выдумали?

– Я ничего не выдумываю, мистер Шеннон, – возразил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.