Убийство с отягчающими стр. 68
Жиждича, обходит Илича, Картегу, бьет по воротам, но Палеску начеку. Он берет этот трудный мяч играючи и тут же вводит его в игру, пасуя Куку…»
Не продай в прошлом году Иванова в «Реал Сосьедад» и Комарова в «Пари Сен-Жермен», не было бы ни Куку, ни Жиждича. Российский футбол таков, что, не «лохотроня» середняков высших лиг Европы, не приобретешь середняков из элиты второсортных чемпионатов из той же Европы. Парадокс: Россия, занимающая шестую часть суши, играет в футбол хуже, чем Голландия, на семьдесят процентов стоящая на воде. На следующий год вернутся и Иванов, и Комаров. Но это будет в году следующем. Еще
полгода уйдет, чтобы психику молодым людям подлечить после долгого сидения на скамейках запасных, снова играть научить. А нынче что делать? Нынче нужно «лохотронить» Европу вновь зажженными звездами российского футбола и закупать то, что хотя бы в состоянии бить по воротам и бегать.
Как объяснить это Крыльникову? Впрочем, тому уже все объяснено, все вопросы сняты. Жаль только, что напрасно. Теперь нужно объяснять «важняку» из Генпрокуратуры Кряжину. А с этим, как понял президент, придется туже.
Команда теперь лишнего говорить не будет. Пришлось на это потратить семьсот тысяч из фонда клуба. По тридцать каждому к общей сумме контракта за год. Предложи такое Роберто Карлосу, он рассмеется. За тридцать тысяч он сыграет ровно три игры. Но для того же Жиждича тридцать тысяч в год – манна небесная. Он ничего не скажет, даже если его пытать на Большой Дмитровке станут.
Но вот что это за «архив Крыльникова», о котором упомянул Кряжин? Как он там говорил: «Для начальства я на Мясницкой, материалы Крыльникова ищу, для оперов, которые завтра туда поедут, я в футбольном клубе «Олимп»…»
На Мясницкой… А что находится на Мясницкой? Ресников на Мясницкой не знал ничего, за исключением аппарата Уполномоченного по правам человека. Быть может, на Мясницкой проживал Крыльников, да там и схоронил свой архив по «Олимпу»?
Ночью он позвонил начальнику СБ «Олимпа» и велел узнать домашний адрес покойного полковника. В пять утра, когда Артур Олегович уже принялся спроваживать гостей, тот отзвонился и сказал:
– Вы были правы. Полковник Крыльников Андрей Николаевич проживал на улице Мясницкой. И в одиннадцать утра в его квартире назначена панихида.
– Почему не в ГУВД? – удивился Ресников.
– Мы не стали этим интересоваться у Чубасова.
Действительно. Было бы глупо. А все праздник. Для Ресникова он в разгаре, потому и голова с перебоями работает. А начальник СБ – в работе, потому и мыслит продуктивно. Наверное, унюхал генерал запашок сторонний, к служебной деятельности покойного не относящийся, да не дал команду холл ГУВД знаменами траурными украшать. Ох, как все плохо…
– Там должен быть архив Крыльникова, – с тоской проговорил в трубку Ресников.
– Мы купим пару венков, – успокоил его начальник службы безопасности и ровно в одиннадцать подъехал с двумя своими ребятами к дому на Мясницкой.
А за час до этого президент вошел в свой офис и, едва успел снять пальто, услышал за спиной клацание дверной ручки и звук решительных шагов.
– Артур Олегович, – пищал впереди вошедшего огромный охранник, – я ему говорю, что вас нет, а он все равно идет!
Тот, кто не поверил охраннику на слово, был не