Убийство в доме викария стр. 5
на ваших кортах.
– А-а... – протянула Летиция. – Лучше бы он не ходил. Там ни души нету.
– Он сказал, что вы его пригласили.
– Может, и пригласила. Только в пятницу. А сегодня вторник.
– Среда, – сказал я.
– Ой! Кошмар. Значит, я в третий раз позабыла, что меня звали на ленч.
Впрочем, это ее не особенно беспокоило.
– А где Гризельда?
– Я думаю, вы найдете ее в мастерской в саду, она позирует Лоуренсу Реддингу.
– У нас тут из-за него такая склока разгорелась, – сказала Летиция. – Сами знаете, какой у меня папочка. Жуткий папочка.
– Какая скло... то есть о
чем вы говорите? – спросил я.
– Да все из-за того, что он меня пишет. А папочка узнал. Интересно, почему это я не имею права позировать в купальном костюме? На пляже в нем быть можно, а на портрете нельзя?
Летиция помолчала, потом снова заговорила:
– Чепуха какая-то – отец, видите ли, отказывает молодому человеку от дома. Мы с Лоуренсом прямо обалдели. Я буду ходить сюда, к вам в мастерскую, можно?
– Нельзя, дорогая моя, – сказал я. – Если ваш отец запретил – нельзя.
– Ox, боже ты мой, – вздохнула Летиция. – Вы все как сговорились, сил моих нет! Издергана. До предела. Если бы у меня были деньги, я бы сбежала, а без денег куда денешься? Если бы папочка, как порядочный человек, приказал долго жить, у меня бы все устроилось.
– Летиция, такие слова говорить не следует.
– А что? Если он не хочет, чтобы я ждала его смерти, пусть не жадничает, как последний скряга. Неудивительно, что мама от него ушла. Знаете, я много лет думала, что она умерла. А тот молодой человек, к которому она ушла, – он что, был симпатичный?
– Это случилось до того, как ваш отец приехал сюда.
– Интересно, как у нее все сложилось? Я уверена, что Анна вот-вот закрутит с кем-нибудь роман. Анна меня ненавидит – нет, обращается нормально, но ненавидит. Стареет, и ей это не по вкусу. В таком возрасте и срываешься с цепи, сами знаете.
Хотел бы я знать: неужели Летиция собирается до вечера сидеть у меня в кабинете?
– Вам мои граммофонные пластинки не попадались? – спросила она.
– Нет.
– Вот тоска! Я их где-то забыла. И собака куда-то сбежала. Часики тоже, наручные, – только они все равно не ходят. Ох, спать хочется! Не пойму отчего – я встала только в одиннадцать. Жизнь так изматывает, правда? Господи! Надо идти. В три часа мне покажут раскоп, который сделал доктор Стоун.
Я взглянул на часы и заметил, что уже без двадцати пяти четыре.
– Ой! Не может быть! Кошмар. Ждут ли они меня или уже ушли? Надо пойти посмотреть...
Она встала и побрела из комнаты, бросив через плечо:
– Вы скажете Деннису, ладно?
Я механически ответил «да», а когда понял, что не имею представления, что именно надо сказать Деннису, было уже поздно. Но, поразмыслив, я решил, что это, вероятно, не имело никакого значения. Я задумался о докторе Стоуне – это был знаменитый археолог, недавно он остановился в гостинице «Голубой Кабан» и начал раскопки на участке, входящем во владения полковника