Убийство в доме викария стр. 91
мою руку. – Как это ужасно для вас. Я очень вас понимаю, хотя мало об этом говорю.
Я вынул из кармана сережку с голубой бирюзой и протянул ей.
– Это, кажется, ваша?
– О! Да. – Она с радостной улыбкой протянула руку. – Где вы ее подобрали?
Я не спешил класть украшение в ее раскрытую ладонь.
– Если вы не возражаете, – сказал я, – я бы еще немного подержал ее у себя.
– Пожалуйста!
Она глядела на меня удивленно и пытливо. Но я не стал ничего объяснять. Я спросил, как ее денежные дела.
– Вопрос нескромный, – сказал я, – но, поверьте, я хотел бы, чтобы вы поняли его не так.
– Почему нескромный. Вы и Гризельда – мои лучшие друзья в этих местах. Еще я питаю слабость к этой смешной мисс Марпл. Люциус был довольно богат, должна вам сказать. Он разделил состояние поровну между мной и Летицией. Старая Усадьба остается мне, но Летиция имеет право выбрать мебель, чтобы обставить небольшой домик, на покупку которого ей оставлена отдельная сумма, чтобы все было по справедливости.
– А вы знаете что-нибудь о ее планах на жизнь?
Анна с шутливой гримаской сказала:
– Мне она о них не сообщала. Я думаю, что она уедет отсюда очень скоро. Она меня не любит и никогда не любила. Должно быть, это моя вина, хотя я изо всех сил старалась держать себя достойно. Просто любая девочка восстает против молодой мачехи, мне кажется.
– А вам она нравится? – спросил я напрямик.
Она ответила не сразу, и я еще раз убедился, что Анна Протеро – человек честный и прямой.
– Вначале нравилась, – сказала она. – Она была такая хорошенькая девчушка. А теперь нет, теперь нет. Сама не знаю, в чем дело. Может быть, из-за того, что она меня не любит. Видите ли, я люблю, когда меня любят.
– Как и все мы, – сказал я, и Анна Протеро улыбнулась.
Мне оставалось выполнить еще одно дело, а именно – поговорить с Летицией Протеро. Это трудностей не представляло – я нашел ее в одиночестве в гостиной. Гризельда и Глэдис Крэм вышли погулять в сад.
Я вошел и закрыл за собой дверь.
– Летиция, – сказал я, – мне нужно с вами кое о чем поговорить.
– Да?
Я заранее обдумал, что буду говорить. Я протянул ей на ладони бирюзовую сережку и спокойно спросил:
– Зачем вы подбросили это в мой кабинет?
Я заметил, что она на мгновенье напряглась, но это было одно мгновенье. Она так быстро оправилась, что я не решился бы присягнуть в том, что видел собственными глазами это секундное замешательство. Она сказала небрежно:
– Я ничего не подбрасывала в ваш кабинет. Это не моя сережка. Сережка Анны.
– Это мне известно, – сказал я.
– Тогда при чем тут я? Не понимаю! Анна ее обронила, и все.
– Миссис Протеро была в моем кабинете только один раз после убийства, и она была в трауре. Вряд ли она могла надеть голубые серьги.
– В таком случае, – сказала Летиция, – она обронила ее раньше. – И добавила: – Это вполне логично.
– Весьма логично, – откликнулся я. – Я думаю, вы припомните, когда ваша мачеха надевала