Убить Зверстра стр. 5
умеешь? Давай, раскошеливайся, какашка!
— Сколько?
— Ха! С учетом моей квартиры и крайне юного возраста сто баксов сейчас и сто потом.
— А чего сейчас-то? Потом все и отдам. Куда ж я денусь? — начал торговаться Зверстр.
— Ой, не зли меня, красавчик, а то пойдешь вручную переписывать, — мальчишка измерил его оценивающим взглядом, ухмыльнулся: — Красивый. Ишь, вырядился простачком. Ну чего завял, или денег жалко?
— Ладно, — буркнул Зверстр. — Баксов нет. Нашими по курсу возьмешь? — спросил, отсчитывая деньги.
— Черт с тобой, — мальчишка взял задаток, спрятал во внутренний карман и, не говоря больше ни
слова, зашагал к подъезду.
Оглянувшись по сторонам и никого не заметив, Зверстр тронулся следом за ним. Приятная тяжесть от низа живота отдавала в ноги тягучей ноющей слабостью, и идти было немного больно. Ладони корчились в непроизвольных спазмах: привыкшие в минуты сладострастия замыкаться на горле жертвы, они уже предвкушали этот миг. Урод знал, что нельзя идти наперекор своему существу, нельзя гасить порывы. Поэтому он носил мяч для большого тенниса, и сейчас левой рукой сжимал его в кармане куртки, в то время как правой оглаживал теплую эбонитовую рукоять ножа. Казалось, что он не дойдет до квартиры, что станет здесь рвать мальчишку на куски.
О чем он всегда жалел, так это о том, что после первой его любовной атаки жертва, испустив дух, больше не могла с ним общаться. Ему так этого не хватало, его так ласкал и возбуждал ломающийся, непоставленный мальчишеский голосок. Когда он затихал, Зверстр лютовал (людишки, надо отдать им должное, правильно выбрали ему имя), неистовствовал, пытаясь добыть его хотя бы замирающее звучание из еще не остывшего тела.
Мальчишка словно почувствовал то напряжение, которое скапливалось грозовой тучей у него за спиной.
— Дуй вперед, красавчик, а то с тебя станется…
— А ты в это время убежишь с моими денежками, да?
— Чего захотел?! За тобой еще соточка, от нее я убегать не стану, — заверил паренек и звякнул ключами, доставая их из кармана.
Зверстр не переставал напряженно следить за ним. Впрочем, он понимал, что мальчишка от него и в самом деле никуда не денется. Ночь обещает быть восхитительной. Никого не надо бояться, не надо озираться! Забаву можно растянуть до утра, продлить удовольствие.
— Слышь, Андрейка, — приостановился он. — А родители утром не заявятся вдруг?
— Ты чего, думаешь, я тебя до утра ублажать буду? Одна разрядка и ты свободен.
— Там посмотрим, — успел зло оскалиться Зверстр.
В это время они приблизились к подъезду, не торопясь, вошли в него. И тут Зверстр почувствовал, что куда-то проваливается.
***
он пришел в себя, когда начинало светать. Ныл затылок, было больно поворачивать голову. Его явно огрели по голове чем-то тяжелым, но мягким, потому что крови не было.
Как же он мог так попасться? Значит, мальчишки следили за ним еще с проспекта, заметили, что он фланирует в поисках клиента. Никакого Андрея Воронова в этом доме, конечно, нет. Молодцы, черти, как разыграли!
Усилившееся чувство холода подсказало, что он раздет-раззут. На нем остались только брюки да теплый свитер, даже ботинки сняли, паразиты. Порылся в карманах, нашел