Библиотека

Убойный калибр стр. 21

Размер шрифта
-
+
Тема

вопрос с передачей документов от подполковника Шахабутдинова капитану Исламбекову, и тут вдруг старший лейтенант вспомнил, где ему встречалась фамилия подполковника, но это следовало уточнить. И потому, вытащив мобильник, он позвонил прямо из коридора капитану Исламбекову.

– Слушаю вас, Олег Павлович.

– Вечер добрый, Кабир Нафизович. Вы уже дома?

– Конечно. Мы не всегда в управлении ночуем, хотя и частенько приходится.

– Ладно. Тогда оставим решение вопроса до утра.

– Может быть. Если дело касается документов, то они, естественно, остались в кабинете.

– Да. Дело касается документов.

– Хорошо. Оставим до утра. Сразу после завтрака вас будет ждать у КПП машина. Приезжайте, разберемся. Кстати, вы своему командиру доложили наши пожелания относительно передачи документов из другого отдела?

– Не успел еще. Был занят во взводе. Пока я находился в госпитале, человек, который меня замещал, с обязанностями, на мой взгляд, не справлялся. Он к нам пришел из «учебки» мотострелков и спецназовской специфики не знает. Пришлось исправлять положение в срочном порядке. Только вот собрался пойти к командиру. Но тут мне вспомнилось, где я встречал фамилию известного вам подполковника. Помните, я говорил…

– Да-да, помню.

– Я вспомнил. Фамилия попалась мне на глаза среди документов, которые я просматривал у вас в кабинете. Досье на Снайпера.

Шахабутдинова – девичья фамилия его матери.

– Там что-то конкретно о ней говорится?

– Просто называется девичья фамилия. Даже, помнится, в скобках. И потому я решил сначала навести справки, потом уже к командиру отправляться.

– Вы меня удивляете, Олег Павлович. Как вы запомнили это? Вы же смотрели, грубо говоря, по диагонали. Не читая подробностей, сортировали. А фамилия-то непростая даже по звучанию. Особенно для русского слуха и глаза.

– Запомнил машинально. Что-то про нее конкретно известно? Есть какие-то данные? Я не про фамилию говорю, а про мать Снайпера.

– Я вообще с этим делом только что начал знакомиться. И еще мало что знаю. Только общие мелочи. Мне лишь известно, что она тяжело больна. Спондилит.

– Это что такое?

– Туберкулез спинного мозга. Иногда его называют внелегочной локализацией туберкулеза. Какая-то сложная модификация, вообще не реагирующая на антибиотики.

– Обречена?

– Ее выписали из туберкулезного диспансера как безнадежную. Таких больных обычно отправляют умирать дома. Но она уже два года борется с болезнью, пытается выкарабкаться.

– Может, потому два года и живет, что без врачей обходится, – предположил старший лейтенант.

– Возможно. Иной раз, принимая не всегда квалифицированную помощь врачей и находясь в окружении умирающих больных, выжить трудно.

– У меня вот новая мысль появилась. Там, рядом с семьей, есть кто-то? Осведомитель, я имею в виду. Семья под присмотром?

– У нас нет. Но, насколько я знаю, есть у полиции.

– Нам без разницы. Главное, чтобы кто-то присматривал и сообщал. Снайпер наверняка навещает больную мать. У вашего народа, как и у нашего, принято уважать старших. «Чти отца своего» – заповедь безальтернативная. Не все, конечно, этой заповеди придерживаются, но… На всякий случай…

– Я понял вас. Вообще-то воспитание у Снайпера хорошее. И я думаю, он родителей своих уважает и чтит. И, вполне вероятно, что он родных навещает. Я сейчас сразу позвоню в МВД и попрошу проконтролировать со всем вниманием контакты семьи. Вообще за домом присмотреть пристальней. Это хорошая мысль.

– И мне позвоните. Каков будет результат. Если нет у них там «сексота», придется искать через агентуру ГРУ. Может, там что-то найдется. Держите меня в курсе дела.

– Обязательно. Я прямо сейчас позвоню, потом с вами свяжусь.

Старший лейтенант Солмагаров отключил связь, в штаб не пошел, но направился в казарму, где у него в отгороженном фанерой углу стояла своя кровать, как и у каждого из командиров взводов. Командир роты располагался в ротной канцелярии, а командир сводного отряда вместе со своим начальником штаба в собственных кабинетах. Другие командированные офицеры тоже. И уже на пороге казармы раздался звонок капитана Исламбекова.

– Слушаю вас, Кабир Нафизович.

– Олег Павлович, все в порядке. Есть у МВД там собственный осведомитель. Ему срочно передадут нашу просьбу. Он человек активный, хотя и пожилой. Работать «стукачом» ему нравится. Как и все мы, выходцы с Кавказа, в силу своего менталитета любит власть. И считает, что работая «сексотом» – он тоже властвует над людьми. Человек этот должен включиться в наблюдение прямо сегодня. Он всегда находит какие-то поводы, чтобы войти

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.