Ученик воина. Игра форов стр. 294
условия контракта. Согласно им, в случае потери моего корабля в бою он обязан был предоставить мне новый.
Майлз кивнул, ожидая продолжения. Танг понизил голос, словно кто-то мог их услышать:
— Да, командующий вправе наказать меня за мои промахи. Но унижать перед подчиненными!.. — судорожно сжав кулаки, он замолчал.
Воображение Майлза с легкостью дорисовало картину. Адмирал Оссер, взбешенный неожиданным поражением после длившейся целый год вереницы побед, наорал на Танга, который и без того чувствовал себя не лучшим образом. Глупо. Дальновидному командиру следовало бы знать, что уязвленное самолюбие легко обратить в сокрушительную ненависть к врагу. Но в целом ситуация представлялась вполне правдоподобной.
— И вот вы пришли ко мне. Со всеми офицерами, вы говорите? И с пилотом?
«Боже мой, — вдруг осенило Майлза, — ведь это шанс! Снова удрать на его корабле — и от пеллиан, и от фелициан, и от оссеровцев, и от новоявленных дендарийцев, черт бы их побрал…»
— Все со мной. Кроме офицера связи, естественно.
— Что в этом естественного?
— Ах, да вы же о нем ничего не знаете… Он агент какого-то правительства, его обязанность — надзор за оссеровским флотом изнутри. Ему, я думаю, хотелось присоединиться к нам — ведь мы неплохо притерлись друг к другу за шесть лет совместной службы, — но куда денешься от основных обязанностей. Он попросил извиниться за него.
Майлз озадаченно заморгал:
— И что, подобные люди у вас — обычное явление?
— Разумеется. Они разбросаны по всем соединениям Наемников, — он пристально посмотрел на Майлза. — А у вас разве не было агентов? Большинство капитанов, правда, вышвыривают их прочь, как только выясняется, кто они такие. Но мне эти люди нравятся. Великолепно подготовлены и надежнее большинства других — если, конечно, вас не угораздит воевать с их планетой. Доведись мне («Боже упаси!») воевать с Барраяром или с кем-нибудь из их союзников — хотя вообще-то они предпочитают не обременять себя союзами, — тогда я, конечно, в первую очередь избавился бы от этого парня.
«Неужели меня раскусили? — ужаснулся Майлз. — Если тот связист был агентом капитана Иллиана, то почти наверняка. Интересно, какие выводы он сделал? Во всяком случае, с надеждами скрыть все от отца можно распрощаться».
Он почувствовал, как выпитый сок неудержимо расползается по верхней стенке желудка. Чертова невесомость. Нет, пора завязывать с этим питьем. Не хватало еще, чтобы все узнали, что вдобавок к своим явным физическим недостаткам адмирал наемников страдает космическим вариантом морской болезни. Сколько фатальных решений было принято командирами в минуты телесной немощи! История об этом, к сожалению, умалчивает…
— Что ж, капитан, — сказал Майлз, подавая собеседнику руку, — я принимаю вас на службу.
— Я рад, адмирал Нейсмит. Так я теперь должен вас называть, если не ошибаюсь?
Майлз скорчил ироническую гримасу.
— Вроде того.
Танг усмехнулся уголком рта:
— С удовольствием послужу тебе, сынок.
Когда он ушел, Майлз задумчиво уставился на заблудившуюся в невесомости здоровенную каплю сока. Потом протянул руку и поймал ее в кулак. Жидкий шар тут же рассыпался на сотни малиновых капелек, облепивших его с ног до головы. Майлз тихо выругался и поплыл на поиски полотенца.
«Ариэль» задерживался. Торн в сопровождении Арда и База повез бетанское оружие в расположение основных сил фелициан, чтобы через некоторое время вернуться с пилотом-курьером. Пока от них