Удар! Ещё удар!.. стр. 2
бой. Честное слово, неплохой боевой список, особенно если учесть, что сто семнадцать встреч он выиграл, причем шестьдесят две — нокаутом.
Сегодня — юбилейный день: сразу три знаменательные даты.
Во-первых, можно поздравить себя с днем рождения.
Виктор усмехнулся, мысленно приподнялся со скамьи и отвесил поклон воображаемым поздравителям. «Благодарю, сеньоры!» Впрочем, откровенно говоря, поздравлять не с чем: как-никак стукнуло уже тридцать четыре. Вообще тридцатичетырехлетний мужчина — в самом расцвете сил. Но бокс любит молодых. Можно до старости играть в теннис, ходить на лыжах. Нередко встречаются пятидесяти- и даже шестидесятилетние гребцы, конькобежцы, метатели, бегуны. Но нет пятидесятилетних боксеров. Даже сорокалетнего не увидишь на ринге.
Да, несправедливо устроена жизнь…
Виктор Ладыгин уже давно и твердо решил: стопятидесятый бой — независимо от результата — станет его последним боем. Ладыгин не воспринимал это трагически. Он прекратит выступления, но, конечно, не покинет ринга. У него остаются ученики. По-прежнему будет он тренировать молодых боксеров.
Вообще в последнее время его не покидало хорошее настроение. На днях директор, наконец, достал деньги на капитальное переоборудование кабинета физики и закупку новых приборов. Вот теперь можно будет развернуться по-настоящему!
Зрители, конечно, не знали о его решении. Не ведали этого и друзья — тренеры, спортсмены. Но сам Ладыгин чувствовал — исчезает быстрота, резкость ударов,
нет уже прежней молниеносной реакции.
Сидя в раздевалке, он все время помнил, что сегодня последний раз поднимется на залитый светом, белый брезентовый четырехугольник ринга. Это вторая знаменательная дата.
И, наконец, третья. Сегодня в финале первенства «Искры» он встречается не с кем-нибудь, а со своим учеником Валерием Чутких. Надо же!.. Именно они — учитель и ученик — будут через несколько минут оспаривать звание чемпиона общества.
Ладыгин кончил бинтовать правую руку, оглядел свою работу и принялся за левую.
Из зала донеслись шумные аплодисменты и крики.
— Твой Чернов бьет Малинина, — сказал секундант.
Ладыгин кивнул.
На несколько секунд наступила тишина, потом раздался новый взрыв криков — и сразу же весь зал замер. Секундант быстро приоткрыл дверь и взглянул на ринг.
— Малинин в нокдауне, — сообщил он Ладыгину. — Силен твой ученичок!
Ладыгин снова кивнул, и мысли его тотчас возвратились к предстоящему бою.
Итак, сегодня он встречается с Валерием, Леркой, как его называют товарищи. Ладыгин улыбнулся. Он вспомнил, как шестнадцатилетним парнишкой, смешным, угловатым, Валерий впервые пришел в зал бокса.
Ладыгин сразу обратил внимание на его ноги — длинные, сухие, мускулистые. Хорошие ноги! Паренек обладал отличной реакцией, был подвижен, но мускулы дряблые и сутуловат. Вскоре выявились и другие недостатки. Валерию не хватало упорства, и, главное, он был очень чувствителен к ударам.
— Не любит, когда его бьют! — шутили ребята.
Лерка действительно предпочитал кружиться и танцевать вокруг противника; казалось, он готов сам не наносить ударов, лишь бы не получать ответных. Но в боксе это невозможно.
Впоследствии выяснилось, что Лерка не любит получать удары еще и потому, что дома ему надо тщательно скрывать синяки от матери. Она не знала, что сын увлекся боксом.
И все-таки однажды, совершенно неожиданно, гражданка Чутких явилась прямо в тренировочный зал.
Лерка смутился.
Мамаша, не глядя в его сторону, представилась Ладыгину и попросила разрешения посмотреть тренировку. Говорила она низким, грудным голосом. Позже Ладыгин узнал, что она