Удержи меня верой стр. 301
был точно крепким. Об этом свидетельствовала едва не отдавленная ладонь.
— Я накрою на стол, — тут же засуетилась Ольвия. Сани поспешила за ней на кухню, а мы втроем остались в гостиной.
— Признаюсь, свадьба нашей дочери нас несколько… ошеломила, — заговорил Эндрю. — И удивила. Почему так скоропалительно?
— Мы с Сандрой уже почти два года вместе, — ответил я. — Решили тихо заключить брак, без лишней помпы.
— Но родителям можно было сказать! Вот ваши родители знают, что вы женились, молодой человек?
— Бабушка знает. А моих родителей, увы, нет в живых.
Регину я вычеркнул из памяти. Как не было у меня матери, так и нет.
— Прошу прощения. — Кажется, Эндрю слегка смутился.
— Ничего, это случилось очень давно.
Я не собирался продолжать эту тему. Эндрю тоже, потому что в следующий момент он спросил:
— А чем вы зарабатываете на жизнь?
Спасибо за хорошую версию, Скай!
— Я являюсь одним из собственников исследовательской лаборатории «Скай».
— Это которая занимается мобилями? — оживился тесть.
— И не только ими. Сейчас вверенный мне филиал работает над тем, чтобы встроить в кристаллы связи функцию передачи изображения. И, я думаю, скоро мы этого достигнем.
Усилиями Эберта и его ассистентов. Ну и слегка моими.
— Занятно. — Эндрю подкрутил ус, как это часто делал Дэн Скайден. Вот с кем бы они поладили!
— А вот и мы. — В дверях появились Сани и Ольвия. Обе с огромными подносами, уставленными едой. И что, мы все это съедим? Зато оживился Роберт. И когда я попробовал стряпню Ольвии, понял, почему. Мать Сани готовила не хуже дочери. Тарелки пустели быстро, хозяйка довольно улыбалась. Роберт и тут взял беседу на себя, поэтому я успокоился и наслаждался хорошим вечером. Сани тоже цвела и сияла. Конечно, это был её дом. Мысленно пообещал себе, что, если выберемся отсюда живыми, будем посещать её родителей хотя бы раз в году. Не будь их, не было бы у меня любимой жены.
— А когда же вы порадуете нас внуками? — задала мама самый животрепещущий вопрос.
— Месяцев через семь, — ляпнул я, и только потом подумал, что говорю.
— Э-м-м, — Ольвия будто не знала, что сказать. — П-поздравляю. Уже известно, кого ждете?
— Девочку, — заулыбалась Сани.
— Вот и хорошо, — одобрил Эндрю. — Внучка даже лучше.
Чем лучше, решил не уточнять. Зато ночью, когда мы разошлись по комнатам, Сани долго выговаривала мне, что кое-кто не умеет держать язык за зубами.
— И что? Они все равно узнают, — отвечал я.
— Я бы потом их как-то подготовила, — протестовала жена, сидя на кровати в ночной сорочке, пока я снимал рубашку и брюки.
— Как? Все равно уже сказали, не бурчи.
— Может, ты и прав, — признала жена. — Лучше пусть знают. У тебя на рубашке сколько пуговиц, двести?
— А? — Не сразу понял суть вопроса.
— Ты пытаешься её расстегнуть уже минут десять.
— А ты меня отвлекаешь разговорами.
— Ах, так? — Сани соскользнула с кровати и мигом расстегнула оставшиеся две пуговицы. — Отвлекаю я его. Ну, всё!
— Что, опять сбежишь? — поинтересовался я.
— Не дождешься! Ты теперь мой до конца своих дней, — пообещала жена.
— Не угрожай. — Я рассмеялся и подхватил её на руки.
— Ну, пусти! — Сани попыталась вырваться больше для вида, а потом позволила опустить её обратно на кровать. — Люблю тебя.
— Я тебя больше.
— Нет!
И,