Уголок весёлого архивариуса-3 (1976-1980) [компилляция] стр. 3
Бородину пришлось уйти из дому по спешному делу. На двери он оставил записку: „Буду через час". Вернувшись домой и прочитав записку, Бородин искренно огорчился: „Какая досада! Ну, нечего делать, придется подождать".
№ 8Рисунки М. БеломлинскогоО днажды итальянский композитор Россини услышал от своего приятеля, что некто собрал коллекцию орудий пыток.
— А есть в этой коллекции пианино? — поинтересовался Россини.
— Нет, — удивился приятель. — Конечно, нет.
— Значит, в детстве этот коллекционер не учился музыке, — сказал Россини.
В семилетнем возрасте Моцарт выступал с концертами в Германии. После концерта к нему подошел мальчик лет четырнадцати.
— Как прекрасно ты играешь! Мне никогда так не научиться.
— Отчего же? Ты ведь совсем большой. Попробуй, а если не получится, то сначала запиши ноты.
— Да я пишу… Правда, стихи.
— Это ведь тоже очень интересно. И наверно, труднее, чем сочинять музыку.
— Отчего же? Совсем легко. Ты попробуй…
Собеседником Моцарта был юный Гёте.
Ф ранцузский композитор Рамо лежал при смерти. К нему пришел священник. Сначала он старался воздействовать на закоренелого безбожника словом. Потом, видя, что никакие уговоры не помогают и умирающий не помышляет о покаянии, священник запел молитву.
Рамо вслушался, с усилием повернул голову и прошептал: — Что вы там поете? У вас же слуха нет!
К огда Франклин приехал во Францию как посол Соединенных Штатов, его пригласили в один литературный салон. Начались речи. Франклин почти не понимал по-французски и на всякий случай решил делать то же, что соседи. А соседи после каждой речи хлопали, поглядывая на Франклина.
Наконец внук Франклина, хорошо знавший французский язык, спросил его тихо:
— Дедушка, ты всегда больше всех хлопаешь, когда тебя хвалят?
И ностранный дипломат, увидев, что Линкольн сам чистит свою обувь, спросил с величайшим удивлением:
— Как, господин президент, вы чистите себе ботинки?
— Да, — ответил Линкольн. — А вы кому их чистите?
Р оберт Скотт нуждался в средствах на полярную экспедицию. Но канцлер Великобритании Ллойд Джордж денег не дал, а посоветовал найти какого-нибудь щедрого богача.
Вскоре они снова говорили по телефону.
— Ну как, удалось вам найти средства? — спросил Ллойд Джордж.
— Да, — ответил Роберт Скотт. — Мне дают, правда, всего тысячу фунтов. Но готовы дать пятьдесят тысяч, если я возьму вас с собой на Северный полюс, и согласны заплатить миллион, чтобы я вас там оставил.
№ 10
О дин американский режиссер снял фильм по роману Эрнеста Хемингуэя. Фильм вышел на экраны, и вскоре стало известно, что автор романа отозвался о фильме холодно.
— Этого не может быть, — нисколько не смутившись, ответил режиссер, когда ему сообщили об
отзыве Хемингуэя, — Мой фильм сделан прекрасно и в точности соответствует роману. Следовательно, Хемингуэй либо не видел фильма, либо не читал романа.
И звестный композитор Игорь Стравинский давал авторский концерт, который проходил с большим успехом. В перерыве к Стравинскому подошел композитор Джордж Гершвин и попросил дать ему урок-другой. Гершвин добавил, что согласен заплатить за это сколько угодно денег.
— Каков же ваш годовой доход? — поинтересовался Стравинский.
— Сто пятьдесят тысяч долларов, — ответил Гершвин.
— Сто пятьдесят тысяч! — воскликнул Стравинский. — И вы еще хотите, чтобы я вас чему-то учил? Нет, это вы должны дать мне урок-другой!
А мериканский писатель Брет Гарт ехал в