Библиотека

Укрощение рыжего чудовища стр. 162

Размер шрифта
-
+
Тема

В ту ночь Марфа Тихоновна решила, что она уже достаточно большая девочка и может проспать до семи утра без перекусов. Да и куча гостей накануне утомили девчушку.

А вот родители ее в ту ночь так и не заснули толком. Наперегонки, жадно, взахлёб, боясь хоть на секунду отпустить, недодать, недосказать. Не расплетая объятий, не отпуская рук, не отрывая взглядов, не размыкая губ, они возвращались друг к другу, навёрстывая упущенное, стараясь полной мерой и чашей – любить.

Уснули они только под утро, прижавшись друг к другу и надёжно сплетясь в объятии. Уснули так сладко и крепко, что Марфуше пришлось продемонстрировать весь свой богатый вокальный диапазон, прежде чем утомлённые любовью и лаской родители соизволили открыть глаза. Первой подскочила Варя, чуть не свалившись с кровати. В панике стала искать вещи, первыми ей попались трусы Тина, второй – его же рубашка. Ее и накинула она на себя и бегом помчалась к надрывающейся криком малышке.

Когда в детскую вошёл Тин, в кресле-качалке в окружении подушек с бутонами пионов, на его вчерашнем месте, сидела Варя с Марфушкой на руках. Дочь с завидным аппетитом кушала, иногда что-то ворча, видимо, сетовала на то, что завтрак подали с опозданием. Но, как и вчера, надёжно сжимала в кулачке мягкий хлопок кармана.

Варя смущённо взглянула на мужа из-под россыпи растрёпанных рыжих локонов. Она старательно отваживала его от присутствия при кормлении грудью – стеснялась почему-то. Но сегодня он не уйдёт. Тихон встал за спиной Вари. Марфа на секунду оторвалась от завтрака и что-то приветственно гулькнула родному человеку номер два.

– Привет, хомячок, – улыбнулся Тин дочери. – Ты кушай, кушай, не отвлекайся. Я пока маме твоей косу заплету. – Он принялся разбирать золотые пряди и потом наклонился к Вариному уху. – И чего это мы такие растрёпанные, а, Варвара Глебовна? Кто это вас так… – Он слегка прикусил ей ухо. – Растрепал?

– Перестань! – Она поёжилась от его прикосновений. Строго сказать не получилось, и вместо этого она рассмеялась. – Тиша, сделай мне чаю, пожалуйста.

– Хорошо. – Он наспех доплёл косу и направился к двери. – Тебе, как обычно, с молоком?

– Да. И штаны надень, нечего перед дочерью в одних трусах шастать!

– Она еще маленькая!

– Не заметишь, как вырастет! Так что не заводи такой привычки даже.

– Хорошо, сейчас надену. – Он обернулся уже в дверях. Взглянул на нее – убранные в косу волосы, припухшие губы, засос на шее. Сидит в его рубашке на голое тело. Кормит грудью его ребёнка. Его женщина. Жена. Его Варя…

Она вдруг покраснела под его взглядом – так обильно и быстро, как краснеть умеют только рыжеволосые люди.

– Тиша! Иди уже за чаем! И оденься!

А когда он вышел, подумала, что есть что-то приятное и правильное в том, чтобы смущаться под взглядом любимого мужчины. Несмотря на всё, что было между ними ночью. А может благодаря этому.

Он вернулся в штанах и с двумя чашками, устроился на разобранном диване, поставив Варину чашку на столик, – остывать. Варя лишь вздёрнула бровь, заметив, что футболку он так и не соизволил надеть. И неудивительно. Столько она нежностей ему сегодня ночью наговорила, в таких вещах призналась. И он этим непременно воспользуется. Да какая теперь разница. И будто не знал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.