Библиотека

Умри завтра стр. 86

Размер шрифта
-
+
Тема

Грубая татуировка длиной в дюйм с буквами RARES.

– Рарес? – переспросил Норман Поттинг. – Видно, какой-то неграмотный хотел написать рабис. Значит, нам придется работать как бешеным! – И посмеялся собственной шутке.

– По-моему, это имя, – сказал Грейс, не обращая на него внимания. – Девочка скорее всего вытатуирует на руке имя своего приятеля. Похоже, она сама это сделала. Кто-нибудь слышал такое имя?

Никто не отозвался.

– Поручаю Норману и Эмме Джейн выяснить, действительно ли это имя и в какой стране имеет хождение. Если нет, то что это слово значит. – Он перевел взгляд на инспектора Мантл. – Знаю, за пару дней на курсах, Лиззи, ты отстала от жизни. Хочешь что-нибудь уточнить?

– Нет, Рой. Я нагоню, – сказала она.

Грейс обратился к аналитику системы ХОЛМС Джулиет Джонс, темноволосой женщине в блузке в коричневую полоску.

– За выходные необходимо провести обзорную операцию – связаться с полицией в каждом графстве Соединенного Королевства, проверить, не было ли чего-то, хотя бы отчасти похожего на наш случай. Трансплантаты – самая очевидная линия расследования, но не исключено, что мы имеем дело с чокнутым маньяком-одиночкой. Надюшка считает, что операции сделаны опытным хирургом. Надо запросить в министерстве внутренних дел сведения о всех, так или иначе связанных с хирургией, кто за последнюю пару лет вышел из тюрьмы или из психиатрической

лечебницы. – Грейс на секунду задумался. – И обо всех уволенных хирургах, которые могли затаить злобу. – Он сделал пометки.

– Как насчет Интернета, Рой? – спросил Дэвид Браун. – Помню, несколько лет назад было объявление насчет продажи почки. Стоит проследить.

– Да, очень хорошо. – Грейс взглянул на инспектора Мантл. – Лиззи, поручи компьютерщикам. Пусть посмотрят, нет ли предложений об органах на продажу.

– Ты действительно веришь, что кто-то это делает, Рой? – спросила Белла Мой. – Убивает людей и продает их органы?

Давно прошло то время, когда Грейс сомневался в человеческом потенциале зла. Возьми самую жуткую вещь, какую только можно вообразить, потом умножь на десять и все-таки даже близко не подойдешь к уровню мерзости, на которую способны люди.

– Да, – кивнул он. – К сожалению, верю.

41

В половине четвертого уже темнеет. Линн стоит у кухонного стола, глядя в окно, ожидая, когда микроволновка, дребезжащая, как циркулярная пила в мусорном баке, завершит процесс. Льет дождь, сад позади дома, которым она вот уже год страшно гордится, выглядит жутко запущенным. Надо обрезать осенние розы с мертвыми головками, трава под ковром палых листьев вновь нуждается в стрижке, хотя уже конец ноября – спасибо глобальному потеплению! Может, в следующие выходные на это хватит сил и энтузиазма. Если…

Если с очень большой буквы.

Если удастся избавиться от жуткого страха за Кейтлин, который держит ее в тисках, почти парализуя рассудок, не позволяя ни на чем сосредоточиться, даже на газете.

Во второй половине воскресного дня есть что-то такое, что никогда ей не нравилось, сколько она себя помнит. Сожаление оттого, что выходные кончаются, завтра придется вернуться к реальной жизни. Хотя сегодня дело не в этом. Дело в тошнотворном страхе за Кейтлин, в ощущении своей беспомощности, в злости на свою беспомощность. Смотреть в испуганное личико дочери на больничной койке и не иметь возможности ничего предложить, кроме слов утешения, молодежных журналов и дисков… Сердце разрывается!

Она всегда старалась и умела помогать людям. Сама еще

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.