Управление общим. Эволюция институций коллективного действия стр. 11
и полностью контролировать их».
Чиновники иногда просто рисуют мрачные картины, кратко упоминая популярные версии моделей, предполагая, что так и должно быть, что в естественных условиях такие процессы происходят всегда. Например, канадский министр рыболовства и океанов в речи 1980 года тоже уловил «цветовую гамму» модели:
Если вы допустите такой эгоистичный экономический интерес в рыболовстве, когда каждый рыбачит, как хочет, пользуясь общим ресурсом, то в конце концов вы уничтожите и себя, и вашего соседа. Белая полоса в «свободном рыболовстве» приведет к черной, когда лодок будет все больше, а улова все меньше, и, соответственно, все меньше будет денег для распределения между все большим количеством людей.
Это был, конечно, намек на то, что канадские рыболовные угодья полностью соответствуют указанному описанию — а это эмпирически неправильное предположение. Однако многие наблюдатели стали считать, что большинство ресурсов таковы, как определено в трех моделях. Следовательно, презюмируется, что индивидуумы попали в печальную ловушку. В результате политические рекомендации такие же печальные.
Текущие стратегические рекомендацииЛевиафан как «единственный» путьОфулс (Ophuls, 1973, р. 228) утверждает, например, что «из-за трагедии общего экологические проблемы нельзя решить посредством сотрудничества… и поэтому преобладают основания для применения государством принуждения». Офулс приходит к выводу, что «даже если мы и сможем избежать трагедии общего, то только путем обращения к трагической необходимости Левиафана» (1973, с. 229; курсив мой. — Э. О.). Через десять лет после своей предыдущей статьи Гарретт Хардин утверждал, что мы окутаны «облаком невежества» относительно «подлинного характера основных политических систем и влияния каждой из них на сохранение окружающей среды» (1978, с. 310). «Облако невежества», однако, не помешало ему предположить, что единственной альтернативой дилемме общего есть, по его словам, «система частного предпринимательства», с одной стороны, или «социализм» — с другой (1978, с. 314). С уверенностью, что «об альтернативе общему страшно даже думать» (1968, с. 1247), Хардин отметил, что изменения все-таки должны начаться, «какие бы силы ни понадобились, чтобы эти изменения стали неизбежными» (1978, с. 314). Другими словами, «если в перенаселенном мире и удастся избежать гибели, то лишь потому, что люди будут реагировать на принуждение за пределами их индивидуальной психики, на „Левиафан“, если употреблять термин Гоббса» (Hardin, 1978, р. 314).
Презумпция необходимости внешнего Левиафана во избежание трагедий общего приводит к наставлениям центральным органам власти контролировать большинство систем природных ресурсов. Хейлбронер (Heilbroner, 1974) высказал мнение, что для контроля над экологическими проблемами нужно «железное правительство», возможно, военное. Менее драконовские взгляды выразил Эренфельд (Ehrenfeld, 1972, р. 322), который предположил, что «от частных интересов нечего ждать защиты общественного достояния; необходимо внешнее регулирование общественных учреждений, правительств или международных органов власти». В своем анализе проблем, связанных с водными ресурсами в развивающихся странах, Каррутерс и Стоунер (Carruthers and Stoner, 1981, p. 29) утверждают, что без общественного контроля будет «чрезмерное использование общих пастбищ, эрозия почв и уменьшение количества рыбы». Они пришли к выводу, что «ресурсы в общей собственности требуют государственного контроля, если предполагается экономическая эффективность как результат их развития» (1981, с. 29; курсив мой. — Э. О.). Широко распространен, особенно в странах «третьего мира», следующий стратегический совет — централизовать контроль и