Уроки музыки и любви стр. 43
могла. Она все время представляла себе, как они с Нео сидят за пианино, в демонстрационном зале…
Только на нем нет никакой одежды. Он сидит в одних плавках. Конечно, она не говорила об этом вслух. И все же содрогалась в холодной воде, когда перед ее глазами вновь и вновь возникала эта обольстительная картина…
– О, – глубокомысленно произнес он. – Просто я на полфута выше тебя, и у меня более сильные мышцы.
– Давай оставим в стороне твои мышцы, – она состроила гримаску, – а то у меня возникнет комплекс.
– Твои птичьи ножки очень милые.
– Птичьи ножки? – вскричала она. Неужели он действительно думает, что ноги ее похожи на ноги птицы? – Ты хочешь сказать, что они тощие и желтые? – Это было чересчур. Она нырнула под воду, чтобы ухватить его за ноги.
То ли Нео был захвачен врасплох, то ли Кэсс просто повезло, но ей удалось крепко вцепиться в его лодыжки, а затем дернуть их вниз, увлекая его под воду. А потом она быстро поплыла к другому концу бассейна – так быстро, как могла. До бортика оставалось не так уж далеко, когда большие руки, обхватив ее за талию, подняли наверх.
Кэсс продолжала размахивать руками в воздухе, подняв кучу брызг прямо посреди бассейна. Она догадалась задержать дыхание, когда нырнула под воду, но все же, оказавшись на поверхности, не могла отдышаться. А Нео поджидал, когда она вынырнет, и дьявольская улыбка играла на его красивом лице. Это было веселье. Настоящее, истинное веселье. Она не веселилась так… никогда. Всего за пять недель Нео дал ей так много! Сердце ее было наполнено счастьем: казалось, оно сейчас разорвется.
В последнюю секунду, повинуясь своим инстинктам, Кэсс вцепилась в него и снова попыталась утопить. Она не могла не заметить, что Нео держался твердо, и его голова и даже плечи выступали над поверхностью воды. Ей же приходилось грести руками, чтобы держать лицо над водой.
– Думаешь, ты выиграл? – задыхаясь, спросила она.
– Думаю, у нас ничья, – произнес он с явным снисхождением.
Она изобразила на лице обиду в ответ на его язвительные слова:
– Умные женщины, наверное, удовлетворились бы этим.
– Ничья – это лучше, чем поражение, – подтвердил он.
Она бросила на него гневный взгляд, на этот раз совершенно непритворный, и с силой плеснула на него водой.
– Могу ли я сгладить ничью каким-нибудь угощением? – спросил он.
Почему слово «ничья» в его устах звучало как «поражение»?
– Каким угощением? – спросила Кэсс, и в глазах ее вспыхнул интерес, хотя сопернический дух, впервые в жизни проснувшийся в ней, еще не совсем угас.
– Печенье с орехами и пахлава. Моя экономка счастлива, что ей на время дали свободу.
Кэсс почувствовала, что у нее потекли слюнки.
– Ты меня подкупаешь.
– Переодевайся, я буду ждать тебя в холле.
Готовя чай, Нео в который раз напомнил себе, почему он не должен укладывать в свою постель женщину, которая все еще сушила волосы в ванной комнате, предназначенной для гостей. Черт, он готов был заниматься с ней сексом прямо в бассейне! Потом – на бортике, когда она вышла из воды…
Он даже не оглянулся на Кэсс, пока не закрыл за собой дверь душевой кабины. Глаза ее ярко блестели, и этот блеск, безусловно, не имел никакого отношения