Урожай собрать не просто стр. 140
уважаемые обществом, а не всякие голодранцы? Если бы этого не предложил священник…
Сэр Бэзил, насмешливо улыбаясь, постучал молоточком по столу. Выдвинутый на рассмотрение вопрос явно вызывал в нем недюжинное веселье. И думая, что заранее предвидит исход дела, предводитель легкомысленно предложил:
— Поскольку я подозреваю, что у всех присутствующих давно сложилось определенное мнение на этот счет, предлагаю провести голосование, не вынося вопрос на предварительное обсуждение. — Стукнул молоточек. — Прошу поднять руки тех, кто за введение представителя катонских переселенцев в наше собрание.
Молоточек вдруг вывалился из руки мэра и гулко упал на помост: четверо из членов общественного собрания подняли руки. Церковник, которого обещанием перейти в нашу веру сманили сами катонцы, лорд Гордий, убежденный мной, Лас, который расплачивался за засеянные в прошлом году поля, и сэр Гвидон, действовавший согласно своему убеждению, что нашу округу давно пора расшевелить — все как один проголосовали «за». Оставшиеся два голоса уже ничего не могли решить.
Зал разразился еще более шумными криками, среди которых теперь слышались и ругательства.
Надо отдать должное сэру Бэзилу: он довольно быстро пришел в себя, подхватил молоточек с пола и, нацепив на лицо слегка неестественную улыбку, застучал им по столу:
— К порядку! Собрание проголосовало! Несогласные с решением могут подавать жалобы в письменной форме, — понадобилось еще минут пять непрерывного стука, прежде чем все заинтересованные лица успокоились. — Представителя катонских переселенцев прошу подняться на помост.
Из группы довольных иноземцев выступил давешний сторож и с полным сознанием собственной важности пошел к возвышению, но тут выяснилось, что для него нет кресла. Суматоха, в которой искали стул, чтобы поставить его на помост, настолько отодвинула произошедшее событие на задний план, что о своем неприятии нового члена собрания публика вспомнила только в тот момент, когда он проголосовал за запрет распития алкоголя на улицах города.
— Это и было обещанное тобой развлечение? — поинтересовалась Алисия, зевая во время доклада городового об участившихся случаях семейных скандалов в общественных местах, в связи с чем следовало ввести штрафы на крик.
— Нет, подожди немного, все самое интересное еще впереди. — Я с любопытством прислушивалась к тому, как участники собрания пытались сформулировать отличия, определяющие границу между обычным разговором и криком, и, не придя к какому-либо результату, оставили это определение на совести уже довольно потиравшего только что озолотившиеся руки стража порядка.
— Поскольку мы закончили со всеми запланированными на сегодня вопросами, — провозгласил мэр перед завершением заседания, — прошу высказаться тех членов собрания, которые хотят вынести на рассмотрение вопросы, не попавшие в круг тем сегодняшнего обсуждения.
Сэр Бэзил добродушно обозрел своих соратников, явно подозревая, что на его призыв никто не откликнется, так как время близилось к обеду, а облеченные властью соратники, как и все люди, тоже хотели есть. Когда лорд Гордий поднялся со своего места на негнущихся ногах, добродушие предводителя поколебалось. Но только на долю секунды, потому что старшим лордам, как сверхлюдям, было позволено пренебрегать не только своим, но и чужим аппетитом.
— Прошу вас, — подобострастно сказал сэр Бэзил, и вокруг установилась удивленная тишина.
Больше всех волновалась леди Рада, кусавшая губы в полном неведении, что же сейчас скажет ее драгоценное чадо.
— Я вношу предложение о переизбрании мэра Кладезя: считаю, что предводитель общественного собрания не должен одновременно быть главой