Ущербная луна стр. 135
— Но Анри не кусали, — сказала я. — Он заражен?
— После его укусов люди становились оборотнями?
— Да.
— Тогда допускаю, что проклятье породило инфекцию. Точнее сказать невозможно, пока не исследуем Анри.
— Если он не такой, как остальные, подействует ли лекарство?
— Невозможно предсказать.
Мы подошли к особняку. Полиция уехала. В доме и вокруг него никого не было.
— Вернусь как можно скорее, — солгала я.
Манденауэр изучающе посмотрел на меня поблекшими, но все еще зоркими голубыми глазами.
— Правильно делаете, что уезжаете от него. Даже если мы вылечим лу-гару, вашему любовнику никогда не стать нормальным человеком. Слишком много воспоминаний, слишком много тайн, слишком много смертей.
Охотник решил, что я вознамерилась отчалить, потому что испугалась того, в кого может превратиться Адам, или трудностей, с которыми он может столкнуться, когда будет улаживать все, что натворил, защищая зло.
Вот и славно. Старикан был вправе верить во что угодно до тех пор, пока не мешал мне сесть в машину и уехать.
Хоть я и сомневалась, что Манденауэр захочет упустить Анри и последует за мной, я не собиралась рисковать, поэтому для начала покружила по району, а уж потом направилась к дому на колесах. Когда я туда приехала, уже перевалило за полдень.
Я постучала в дверь. Никто не ответил. Я взялась за ручку. Как и в прошлый раз, она повернулась.
Я ступила внутрь и увидела кровь.
Глава 40
— Люк! — вбегая в дом и скользя по полу, выкрикнула я.
Я не видела тела и не могла решить, хорошо это или плохо.
На пороге комнаты Люка я остановилась.
Определенно плохо.
Анри сидел на кровати, держа Люка у себя на коленях и зажимая ему рот ладонью. Хотя на Анри было страшно смотреть, кровь, насколько я могла судить, принадлежала не Люку.
Полагаю, мы снова остались без няни.
— Я знал, что рано или поздно ты объявишься, — ухмыльнулся Анри.
Я прокрутила в уме план. Сумеет ли Адам проследить своего прадеда до этого места? Я подозревала, что у лу-гару хватило ума замести следы.
— Чего вы хотите? — спросила я.
Он убрал ладонь со рта Люка, но рук не расцепил, не давая мальчику убежать. Голубые глаза ребенка, недавно сиявшие радостью, теперь были тусклыми и очень грустными. Что он видел? И как скоро ему удастся это забыть?
— Это не папа, — прошептал Люк.
— Знаю.
— Кто он?
Я мимолетно удивилась, что Люк не знает правду. Но Адам ведь говорил, что следит, чтобы две его жизни не переплетались. Вероятно, очень серьезная угроза с его стороны держала Анри в узде, если так можно выразиться.
— Я твой дедушка.
Либо угроза над ним больше не тяготела, либо ему стало наплевать, что Адам с ним сделает. А может, и то и другое.
— Мой дедушка умер.
— Верно. Я принадлежу к более старшему поколению. Однако мы с тобой одной крови. Ты все поймешь, когда у тебя родится ребенок.
Лицо Люка растерянно сморщилось.
— А где папа?
— На болоте, — ответил Анри. — Страдает от сильнейшей головной боли.
Я прищурилась.
— Что вы сделали?
— Ничего смертельного. Он