Устремлённая в небо стр. 474
я была в безопасности.
Когда я миновала первый слой обломков, М-Бот сообщил, что мы вышли в настоящий космос, добавив, впрочем, что граница между атмосферой и ее отсутствием «установлена произвольно, поскольку экзосфера не заканчивается, а сходит на нет постепенно».
У меня перехватило дыхание от восхищения, когда мы пролетали мимо гигантских платформ, на которых можно было разместить по тысяче таких баз, как Альта. Все они были усеяны чем-то вроде зданий – таких же безмолвных и темных. Миллионов зданий.
«Когда-то здесь жили люди», – подумала я. Мы прошли еще через несколько слоев. Теперь мы двигались просто с невероятной скоростью пятьдесят пять Магов, но без
сопротивления воздуха это уже не имело большого значения. Скорость в космосе – понятие относительное.
Я оторвала взгляд от платформ и всмотрелась в конец туннеля. Туда, где горели неподвижные, немигающие огни.
– Спенса, – сказал М-Бот. – Я засек впереди радиопереговоры. Одна из этих точек – не звезда.
Мы прошли еще один слой обломков, и я наклонилась вперед. Действительно, впереди была видна светящаяся точка, которая находилась гораздо ближе звезд. Корабль? Нет, космическая станция. В форме волчка, с огнями по бокам.
Вокруг нее двигались точки поменьше. Корабли. Я изменила курс, свернув к станции. Одна из платформ под нами развернулась по своей орбите и скрыла от меня Россыпь, чьи очертания все больше съеживались. Смогу ли я вернуться туда? Мне было все равно.
Теперь они стали громче – голоса звезд. Разговоры, которые велись не по рации и не складывались в слова. Этот зов звезд оказался… переговорами креллов. Они использовали это место между ударами сердца для разговоров друг с другом, для мгновенной связи. И… и разум мыслящих машин в некотором смысле тоже был основан на сходных технологиях быстродействия.
Все это требовало доступа в то место, которого нигде нет.
Мы подлетели ближе к станции.
– Они что, не знают, что там опасно? – прошептала я. – Что там живет нечто? Неужели они не знают про глаза?
«Возможно, поэтому мы и пользуемся только радиосвязью, – подумала я. – Поэтому наши предки запретили эту более совершенную систему связи. Наши предки боялись того, что обитает в нигде».
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду, – сказал М-Бот. – Хотя креллы используют некую нормальную досветовую систему связи в дополнение к сверхсветовой. Обычные я могу взломать и прослушать. Работаю над переводом.
Проходя мимо кораблей, которые повернулись ко мне, я замедлила М-Бота. Маленькие и квадратные, с большими прозрачными иллюминаторами спереди, они были совсем не похожи на истребители.
И тут что-то ударило меня, с ощутимой физической силой. Оно заползло мне в мозг; перед глазами все поплыло. Я закричала и обвисла на ремнях.
– Спенса! – испугался М-Бот. – Что с тобой? Что происходит?
Я могла лишь скулить. Боль. И… впечатления. Они посылали мне образы. Они… они пытались переписать то, что я вижу.
– Включаю стелс-системы и искусственные помехи! – сказал М-Бот. – Спенса, я ловлю необычные сигналы. Спенса!
Голоса исчезли. Боль развеялась. Я испустила долгий вздох облегчения.
– Не умирай, ладно? – попросил М-Бот. – Если ты умрешь, мне, наверное, придется взять Роджа в пилоты. Это самый логичный шаг, но нас обоих будет от этого тошнить.
– Я не собираюсь умирать, – сказала я, откинувшись на спинку кресла и стукнувшись шлемом о подголовник. –