Утонувшие надежды стр. 76
он, — что если я соглашусь участвовать в этом безумном предприятии, то в конце концов я буду выглядеть точь-в-точь как моя Эльза.
Дортмундер безмолвно ждал. Тайни должен решить сам, его нельзя подталкивать. Даже Келп умолк, хотя и поглядывал в зеркальце чаще, чем на дорогу.
Наконец Тайни вздохнул.
— Какого черта, — заявил он. — Будь у меня хоть капля здравого смысла, я бы вообще держался от вас подальше.
29Наступила полночь. Жилой фургон «додж» с табличкой «Врач» съехал с шоссе на обочину и погасил фары. Только что взошла луна, и ее призрачный желтоватый свет окрасил медью металлический шлагбаум, который перегораживал отходящую от шоссе проселочную дорогу. Над проселком поблескивал транспарант «ПРОЕЗД ЗАПРЕЩЕН: ТЕРРИТОРИЯ ВОДОХРАНИЛИЩА ВИЛБУРГТАУН».
Дверца фургона распахнулась, и на дорогу выскочил Тайни с огромными ножницами для резки металла в руках. Подойдя к шлагбауму, он перерезал цепь, на которой висел замок, приподнял трубу и, вынув ее конец из паза, оттолкнул шлагбаум в сторону. Затем он махнул ножницами в сторону фургона, и тот медленно свернул на проселок, опасно кренясь. Проехав шлагбаум, фургон остановился — при этом на секунду вспыхнули красные стоп-сигналы, придавая происходящему некий налет театральности. Тайни вновь перекрыл дорогу и влез обратно в фургон.
С огромным рулем, напоминающим автобусный, управлялся Келп. Дортмундер и Том Джимсон молча сидели друг против друга в темном салоне. Тайни с металлическим лязгом бросил ножницы в ящик с инструментом, уселся во вращающееся кресло рядом с Келпом, вгляделся в лобовое стекло и спросил:
— Ты хоть что-нибудь видишь?
— Время от времени, — ответил тот. — Когда луна проглядывает.
Услышав разговор, Дортмундер поднялся со складного диванчика и начал пробираться вперед. На ухабах грунтовой дороги фургон бросало из стороны в сторону, словно лодку, застигнутую бурей в открытом море. Всматриваясь из-за плеча Тайни во тьму, Дортмундер сказал:
— Энди, но ведь ни черта не видно.
— Ничего страшного, — заверил его Келп. — Я справлюсь, если кое-кто перестанет сбивать меня с толку. Вы
же сами запретили включать фары.
— Я не имею ничего против Энди лично, — сказал Тайни, — но почему мы не взяли настоящего водителя? Где наш старый приятель Стэн Мэрч?
— Нам не нужен водитель, — объяснил ему Дортмундер, — потому что мы не собираемся устраивать гонки. А чем больше людей, тем меньше доля каждой из нас.
Сзади послышалось хихиканье. Тайни и Дортмундер переглянулись.
Келп опустил боковое стекло, и в кабину ворвался прохладный и влажный весенний воздух.
— Вот так-то лучше, — сказал он.
Тайни бросил на него хмурый взгляд:
— Чем же это лучше?
— Теперь я слышу шорох, когда мы задеваем кусты, — объяснил Келп. — Это помогает мне держаться дороги.
Тайни медленно повернулся к Дортмундеру.
— Участие Стэна обошлось бы мне в тридцать тысяч, так? — спросил он.
— Что-то вроде того, — согласился Дортмундер.
— Я буду иметь это в виду, — заявил Тайни и вновь уставился в лобовое стекло.
Покачиваясь, фургон продирался сквозь молодую поросль. Келп прислушивался к шороху кустов, Тайни и Дортмундер старательно щурились, вглядываясь в темноту. Том сидел в одиночестве и думал свою думу.
— Что это? — спросил Дортмундер.
— О чем ты? — спросил Келп.
— Остановись-ка, — велел Тайни.
— Как скажешь, — беззаботно отозвался Келп и остановил фургон в полудюйме от следующего металлического шлагбаума.
— Теперь видишь? — спросил Тайни.
Келп уставился в окно, глядя слишком высоко