Утро вечера дрянее (сборник) стр. 2
и Маринку? Только, несмотря на приятное головокружение, я не опоздала на службу, а Марина, откровенно говоря, плюнула на свои обязанности. И что особенно не давало мне покоя, так это предположение, что Маринкино опоздание не просто было вызвано этой самой радостью, а ее, радости, превосходной степенью.
Если я не опоздала, размышляла я, значит, не настолько опьянилась, чтобы забыть о своих прямых обязанностях, а вот Маринка…
И тут дверь распахнулась и в секретарскую влетела моя взмыленная секретарша.
– О! – воскликнула она. – Ты уже здесь? Не смотри, не надо, – весело затараторила она в ответ на педантично-строгое движение, которым я приподняла рукав пиджака, дабы взглянуть на часы. – Задержалась, признаю…
– Ты сначала отдышись, – поморщилась я.
– Ой, ты даже не поверишь! – вытаращила она глаза.
– Ну отчего же, – усмехнулась я, – ты у нас личность незаурядная.
Я взяла свой модный портфель, который в замешательстве плюхнула на стоящее перед Маринкиным столом кресло, и направилась было в кабинет.
– Ты че, Оль, обиделась? – оторопела от моего официального вида Маринка.
– Отчего же? – повторила я и скептически пожала плечами.
– Ты не представляешь, с кем я ехала до работы! – снова оживилась Маринка.
– «Я ехала домой…» –
томно пропела я.
– С Александром Клуниным, – восторженно воскликнула Маринка, – гитаристом из «Вывиха»!
– Из «Вывиха»? – не разделяя Маринкиного воодушевления, переспросила я.
– Елки-моталки! – крикнула Маринка, глаза которой лихорадочно горели, а губы дрожали. – Ты же интервью с их продюсером и композитором сегодня брать поедешь!
– А-а, – процедила я, – и что же?
– Ну как что?! – восклицала неугомонная Маринка. – Такое дело! Я с ним знакомство завела. Во-о парень, – выставила она вперед и вверх большой палец правой руки.
– Где же ты его подцепила? – немного смягчилась я, безусловно, движимая любопытством.
– Где-где! – добродушно передразнила меня Маринка. – Не у всех, между прочим, Олечка, есть личный автотранспорт. – Маринка скривила смазливую физиономию в ехидной ухмылке. – Стояла, голосовала, опаздывала… А он тут, миленький, на своем «Фольксвагене». Слушай, Оль, – по-приятельски обратилась она ко мне, – я таких машин не видела. Представляешь, желтая, но не так чтоб просто…
Маринка подыскивала нужное слово.
– Ну, желтая, но не так… – с оттенком пренебрежения усмехнулась я.
– Во, – радостно блеснули большие Маринкины глаза, – золотистая. Ну, супер! – причмокнула она. – А едет как! Словно летит. Да ты знаешь, – почему-то сникла Маринка, – тебя ничем не удивишь. Ты на этих иномарках туда-сюда…
– Ладно, хватит трепаться. Значит, опоздала ты не потому, что с этим, как его… – подозрительно посмотрела я на Маринку.
– Клуниным. Песню их новую слышала? «Если б ты сказала «да», не пришла бы к нам беда… Ты же мне сказала «нет», у тебя один куплет…»
– Вот это точно, – засмеялась я, – куплет у них всегда один и тот же.
– Он мне сказал, между прочим, что с фанерой они завязали! – с запальчивой гордостью воскликнула Маринка.
– Тебе лучше знать, – равнодушно проронила я, – ты у