«В Датском королевстве…» стр. 54
Инга. Вы помыли Агнете, приготовили ее?
Метте. Да, и охранники уже пришли, чтобы отвезти ее в подвал.
Инга. А тележек с едой все еще нет?
Хелене. Нет.
Инга. Уже на час опаздывают.
Хелене. И так практически каждый день.
Инга. Выйди посмотри, не едут ли.
Хелене уходит.
Метте (кладет на стол мешок). Вот ее вещи.
Инга (выкладывает вещи на стол). Немного мусора… и коса. Надо же такое припрятать! Когда я была молодой, у меня тоже были длинные волосы. Такие длинные, что я могла на них сидеть. Каждое утро я заплетала их и укладывала венком вокруг головы. Моей косе все завидовали. И только когда ее отрезали, я поняла, какая она была тяжелая. Голове стало легче, и постоянная слабая головная боль прошла.
Метте чешет руки.
Инга. Прекрати чесать, от этого только еще хуже будет.
Хелене входит.
Ты видела их?
Хелене. Нет…
Инга. С меня хватит. Я им так и сказала. Моему терпению приходит конец. Ни чистой одежды, ни постельного белья, ни перчаток. А теперь еще и еду привозят все позже и позже. И о чем они только там думают, чего добиваются?
Хелене (нервозно). Не так громко…
Инга. Говорю, как хочу. И посмотри — становится грязнее и грязнее… пыль и грязь повсюду. Здесь теперь тоже не убирают. Уборщицы сюда, до верхних этажей, никогда не доходят. Если бы только администрация знала, знала, как все здесь ветшает и зарастает. Не то что раньше, когда тут была больница. Тогда здесь все сверкало и светилось, все функционировало как надо. Я тогда работала в родильном отделении. Родильное кресло стоит сейчас там, в подвале, а большая операционная лампа висит над ним, как мертвое солнце. Не знаю, почему они оставили его в подвале. Как-нибудь покажу его вам.
Молчание.
Хелене. Хотите, я принесу кофе, посидим, отдохнем, пока ждем