В город стреляет Ночь стр. 5
знакомую. В голове всплыли образы далекого прошлого. Виктор знает, кто это. Всегда знал. Но ответ ускользал. И сейчас, когда появился шанс вспомнить, парень стоял над телом незнакомой женщины с младенцем из ниоткуда и не мог остановить слезы.
– Что это за ребенок? – повторила Тень.
– Я не знаю…
– Тр-р-р-рынь!
Новорожденный успокоился и стал издавать равномерный звон.
– Тр-р-р-рынь!
– Что происходит? – Виктор услышал себя словно издалека, через слой ваты в ушах.
– Ты просыпаешься, – ответила Тень. – Нашей сделке конец…
Тр-р-рынь! Тр-р-рынь!
– …прости
На дисплее телефона высветилось: “Папа”. Виктор поспешил ответить.
– Алло!
– Сынок… сынок, приезжай скорее…
И короткие гудки.
* * *
Виктор плохо помнил свою маму. С тех пор, как ее не стало, прошло много лет. Семейные фотографии давно пылились где-то в гараже. Виктор точно знал место, но все не решался заглянуть в альбом.
Единственным шансом снова окунуться в прошлое были похороны отца.
Как папа и просил, ему приготовили место рядом с женой. На это у Виктора было целых полгода, пока рак медленно забирал свое.
После той страшной ночи, когда отца увезли с болью в животе, кошмары прекратились, но последний из них остался в памяти ярким пятном. Виктор тщетно пытался понять, что стояло за калейдоскопом мрачных образов. Ровно до тех пор, пока не увидел надгробие.
С выцветшей фотографии на юношу смотрела женщина из сна.
Все встало на свои места. Той ночью он пустил в дом собственную мать. Левая половина ее тела была покрыта ранами. У отца после аварии остался шрам на правой руке.
А ребенок, которого Виктор забрал из маминых рук, – это он сам. Подсознание пыталось сообщить, что скоро не останется никого из родных.
Догадка поразила юношу, но дальше – ничего не произошло. Жизнь постепенно вернулась в обычное русло. Год за годом Виктор ставил цели и добивался их. Окончил институт, нашел работу, обзавелся семьей. Мысли почти перестали возвращаться к кошмарам. В конце концов, дети – очень впечатлительные создания, особенно когда теряют родных.
Голову забили новые переживания: когда платить по счетам, что подарить Насте на годовщину, сделал ли Пашка уроки, и с кем это он говорит посреди ночи…
Виктор прислушался. Из соседней комнаты отчетливо донесся детский голос:
– Почему ты пришел?
Аккуратно, чтобы не разбудить жену, Виктор встал с кровати и подкрался к двери. Приоткрыл створку и заглянул внутрь. Над Пашкой высилась человеческая фигура.
– Забрать тво… ю м-мать!
Ребенок изумленно наблюдал за тем, как отец накинулся на загадочный силуэт, недавно залетевший в окно.
– Витя! – изо всех сил сипела Тень.
Мужчина пытался попасть по наглой бесформенной роже, но кулаки словно месили густой кисель, не оставляя повреждений на ночном теле.
– Не трогай моего сына!
– Витя, остановись!
Тень могла бы моментально убить соперника, но ей мешало человеческое сострадание. Когда беззащитный ребенок жертвует психикой ради отца, невозможно оставаться убийцей.
Вместо того, чтобы отбиваться, силуэт крепко обнял мужчину и слился с ним. Виктор откинулся на спину и потерял сознание под испуганные крики сына. Больше в комнате никого не осталось.
Ночь искала новую жертву. Голод опять мучил безжалостную, порождая миллионы Теней по всему миру. Они расползались по городам, словно щупальца огромного Кракена, готовые причинять страдания, забирать жизни.
Виктор летел, не чувствуя тела. Он