В любви все средства хороши стр. 71
обиды возвращается снова.
— Я больше никогда не стану прежней, Джерард, — заявила она твердо. — Если ты действительно любишь меня, ты должен завоевать мою любовь и уважение. Я больше никогда не буду такой глупой, как раньше.
Он смотрел на нее с невыразимой любовью и раскаянием, и Лия почти лишилась сил. Как же она хотела обнять его, прижаться к этому сильному мужскому телу!
Но Лия сдержалась и была чрезвычайно довольна собой.
— Больше я тебе не поддамся, — твердо продолжала она. — Слишком мало времени прошло, и я пока еще не могу открыть тебе свое сердце. Поэтому я возвращаюсь в Брум, и если ты действительно любишь меня, то сам приедешь за мной. Тебе снова придется завоевывать мою любовь. Докажи, что ты изменился и тебе нужен равноправный партнер, а не марионетка, заставь меня поверить, что быть отцом и мужем для тебя гораздо важнее, чем делать деньги.
— Но так и есть! — Джерард вскочил, его глаза сверкали. — Я почти не мог работать с тех пор, как ты ушла от меня. Большую часть времени я проводил дома, думая о нас с тобой: о том, в чем я ошибся, о том, что мне делать, если посчастливится найти тебя и вернуть. Ты и твоя любовь гораздо дороже для меня, чем любой успех.
— Трудно в это поверить, Джерард. Ты ведь помешан на работе. Для тебя руководить — все равно что дышать.
— Но теперь все по-другому. Спроси у Энид. Последние шесть месяцев она и Стив почти полностью взяли на себя управление компанией и неплохо справлялись со своей задачей. Я, конечно, не обещаю совсем уйти из бизнеса. Или снова заняться архитектурой. Да, это правда, я действительно был архитектором. Но мне никогда особенно не нравилось это занятие. Я стал архитектором, потому что об этом мечтал отец. У него появилась сумасшедшая идея: я буду проектировать здания, а он — строить их. Он хотел, чтобы мы стали миллионерами…
Он осекся, и, увидев его погрустневшие глаза, Лия почувствовала острую жалость. Джерард действительно сильно любил отца.
— В любом случае работа архитектора — не для нашего времени, — оживленно продолжал он. — Но я могу пообещать, что в будущем работа никогда не займет первое место в моей жизни. Самое главное теперь для меня — ты и наши дети.
— Хорошо, Джерард, но это всего лишь обещания. Слова теперь мало что значат для меня, нужны доказательства. А сейчас я ухожу и не хочу, чтобы ты останавливал меня.
Его глаза сузились и стали очень похожи на глаза прежнего Джерарда.
— И ты не поцелуешь меня на прощание? —Нет.
— А когда я могу приехать в Брум?
— На твоем месте я бы немного повременила.
— Как долго?
Она криво усмехнулась.
— Джерард, приезжай, когда сочтешь нужным, когда будешь готов раскрыть передо мной свою душу. Хорошо?
— Хорошо. — И он улыбнулся в ответ.
Лии было очень трудно уходить от него, гораздо труднее, чем в первый раз. Но она сделала это и очень гордилась собой. И надеялась, что Джерард тоже гордился ею.
Лия провела ночь в мотеле неподалеку от аэропорта, но не могла уснуть до рассвета.
Лежа в постели, она вспоминала последние несколько дней, и все казалось ей совершенно невероятным! То, что Гаретт оказался Джерард