В начале дел кровавых стр. 49
трофеев оружие было довольно низкого качества. Даже обычные бытовые работы здорово повредили его. Нравящиеся ему палицы, с которыми он уже привык работать на охоте, имели деревянную рукоять, как и топоры, что резко понижало их ценность. При сильных ударах дерево вполне могло просто сломаться. Он же хотел себе что-то типа шестопера с иглой-штырем на вершине или, в крайнем случае, булаву. Но шестопер был предпочтительнее. Также очень хотелось топор-клевец. Не очень отдавая себе отчет в столь кровожадных планах, Александр тем не менее претворял их в жизнь, тем более, что ночь выдалась свободная от забот. Люди научились быть самостоятельными: добывать себе пищу, строить жилища. Так же при помощи магии они могли дополнительно укрепить укрытия. Теперь нужно было завоевать себе место под солнцем, или в их случае — под Демуром, а для этого нужно было оружие. И именно шестопер с иглой в навершии и клевец, но обязательно с лезвием топора и ударным клювом — казались ему наиболее подходящим оружием для вампиров. Первое позволяло оглушать и захватывать живых пленных, при необходимости наносить колющие удары, протыкая броню и позволяя добраться до тела противника, а значит и его крови. Второе же было исключительно оружием для резни, когда надо было крушить всех вокруг, сея смерть и панику.
Вечерний конфликт на собрании все время лез в голову. Геннадьевич явно пошел на принцип, когда не имея никакой поддержки людей, кроме своего руководящего поста в их прошлом мире, поставил вопрос ребром и потребовал себе власти над всеми. К счастью, хоть его и поддержали, но количество людей, выступивших резко против кандидатуры бывшего руководителя, было не меньше, если не больше. К несчастью, как и в самый первый день, Александра посетила мысль о том, что вся эта ситуация так просто не закончится. С таким руководителем каши не сваришь, и кровь в результате внутренних разборок среди вампиров обязательно прольется. В очередной раз молодой человек пожалел, что сам генеральный директор не был вместе с ними. Он хоть и очень дружил с Алексеем Геннадьевичем, но был сделан из совершенно другого теста. Директор навел бы тут порядок и ни у кого не возникало бы вопросов или возражений. Сейчас же, не проведя в новом мире и недели, они уже имели конфликт, грозящий стать отнюдь не рядовым.
Скатав снятые шкуры и отбросив грустные мысли, Александр пошел обратно в лагерь. Придя, он застал известие о приближении ородской армии.
— Что будем делать? — самый первый вопрос, заданный ему по возвращении в землянку, звучал почти как классика.
— А у нас есть варианты? — удивленно глянув на Евгения, Александр даже забыл положить шкуры и продолжал держать их в руках.
— Ну, например, Алексей Геннадьевич предлагает атаковать.
— Он совсем сбрендил что-ли? Пусть идут с богом куда шли. Нам-то до них какое дело?
— А это надо у него спросить, чего это он стал таким воинственным.
— Совсем рехнулся, пять сотен воинов при оружии, в доспехах и с магами, против трех сотен голых людей. Отличная будет атака. Тонкая голая линия!
— Эти ублюдки намеренно держат нас в неведении. Они знали об армии, но ничего нам не сказали! Они нас ни во что не ставят!
Это, конечно, было неправдой, но поправлять Ольгу Викторовну