В объятиях графа стр. 75
об нее головой. Столы, вероятно, никогда не чистились, а кружки не выдерживали тщательного осмотра. Персонал же сплошь состоял из ловких жуликов, которые становились туги на ухо, когда им не хотелось обслуживать клиента, невзирая на его ранг. Но кофе неизменно был свежим и крепким, и любого человека принимали в заведении, если он имел интерес к сельскому хозяйству. Эдвард узнал нескольких титулованных особ, сидящих за столами, но здесь также присутствовали и мелкие землевладельцы, которые приехали в Лондон на один день, и даже работающие управляющими, такие как Гарри. Аграрии были известны странным равенством в своем клубе.
– И что привело тебя в нашу
замечательную благоухающую столицу? – спросил Иддесли.
– Переговоры по поводу брачного союза, – ответил Эдвард.
Глаза Гарри Пая оживились над краем кружки. Его рука обхватила кружку. На том месте, где следовало быть безымянному пальцу, зияла приводящая в замешательство пустота.
– О, ты храбрее меня, – сказал Иддесли. – Ты, должно быть, отмечал грядущее бракосочетание, когда я видел тебя прошлой ночью в «Гроте Афродиты».
– Ты был там? – Эдвард почувствовал себя странно скрытным. – Я не видел тебя.
– Да уж. – Иддесли ухмыльнулся. – Ты выглядел довольно э… расслабленным, выходя из этого заведения. Я сам был занят в тот момент двумя страстно желающими нимфами, иначе поприветствовал бы тебя.
– Только двумя? – спросил Гарри с непроницаемым лицом.
– Позднее к нам присоединилась третья. – Ледяные серые глаза Иддесли сверкнули почти невинно. - Но я колебался обнародовать этот факт, боясь, что это заставит вас двоих засомневаться в вашей мужской силе в сравнении со мной.
Гарри фыркнул.
Эдвард ухмыльнулся и поймал взгляд мальчика. Он поднял вверх палец, чтобы ему принесли еще одну кружку.
– Боже правый. Не слишком ли ты стар для такого спорта?
Виконт приложил ладонь со свисающими с нее кружевами к своей груди:
– Заверяю тебя честью своих мертвых и тлеющих предков, что все три девицы улыбались, когда я оставил их.
– Возможно, из-за золотых монет, которые они сжимали в руках, – заметил Эдвард.
– Ты глубоко обижаешь меня, – сказал виконт, подавив зевоту. – Кроме того, ты сам, видно, увлекся распутством того или иного сорта во владениях богини. Скажи, что это правда.
– Правда. – Эдвард нахмурился над своей кружкой. – Но теперь я появлюсь там очень не скоро.
Виконт отвлекся от изучения серебряной вышивки на своем пальто:
– Ты хочешь сказать, что собираешься быть целомудренным женихом?
– Я не вижу альтернативы этому.
Брови Иддесли поднялись.
– Не слишком ли это буквальная, если не сказать архаичная, интерпретация свадебных обетов?
– Возможно. Но я думаю, это будет способствовать удачной женитьбе. – Эдвард почувствовал, как его челюсти сжались. – Я хочу, чтобы это сработало на сей раз. Мне нужен наследник.
– В таком случае желаю тебе удачи, мой друг, – тихо сказал Иддесли. – Ты, должно быть, тщательно выбрал свою леди.
– Да, действительно. – Эдвард пристально посмотрел в свою полупустую кружку. – Она из безупречной семьи; их корни уходят в прошлое еще глубже, чем мои. У нее не вызывают отвращения мои шрамы: я знаю, потому что спрашивал ее сам – нечто, чего я не сделал со своей первой женой. Она умная и спокойная. Она симпатичная, но не