В объятиях тени стр. 169
столб газового фонаря; я хотела убрать руку, но тут заметила, что ногти глубоко вошли в железо. Осторожно отцепившись от фонаря, я развернула его так, чтобы он на кого-нибудь не свалился. Находиться в теле вампира и внезапно рассердиться — не слишком удачная идея. — Знаешь, что я тебе скажу? Труп — не самый лучший помощник. Некоторые из этих вампиров — члены Сената. Сомневаюсь, что ты сможешь с ними справиться. Нам придется прятаться.
— Они могут учуять нас по запаху. Прятаться — это не выход.
— А самоубийство — выход?
Я хотела сказать что-то еще, как вдруг кто-то схватил меня сзади. Сначала я думала, что это вампир, но потом почувствовала биение живого сердца; в нос ударил запах перегара. Я рванулась, но мужчина держал крепко. Тогда я совсем легонько толкнула его, стараясь сдерживать свою энергию. Мужчина кубарем покатился в сторону и с треском врезался в окно ближайшего паба. Мелькнуло насмерть перепуганное лицо, посыпались осколки стекла, в воздухе запахло кровью.
Его приятель, которого я сначала не заметила, взревел и, сжав кулаки, бросился на меня. Увернувшись от удара, я схватила его сзади за горло и слегка сжала пальцы. Очевидно, я опять не рассчитала силы — шея работяги хрустнула, как косточки птенчика, и в следующую секунду мой обидчик лежал на земле, бездыханный.
Раньше я никогда не задумывалась над тем, до чего же хрупки люди, особенно мужчины, намного превосходившие меня ростом. Только сейчас я поняла, как трудно вампирам сдерживать себя, чтобы не совершить убийства. С точки зрения человека, я совершила акт жестокого насилия, но для меня это было все равно что держать за крылья бабочку, стараясь не причинить ей вреда. Легкое нажатие на горло, чтобы немного перекрыть воздух, одно неосторожное движение — и живое существо будет сломано и измято, как бумажка.
Я проверила пульс лежащего человека. Услышав слабое биение, я облегченно вздохнула.
— Ты неплохо справляешься, — заметил Приткин.
— Это же человек. Нам придется иметь дело не с людьми.
— Ну и что? Принцип один и тот же. Эти мужчины увидели слабую женщину, и в них заговорил инстинкт хищника. — Приткин зло ухмыльнулся. — Со мной такое тоже бывает.
— Ты же не можешь охотиться на всех женщин подряд!
— Принцип один и тот же, — повторил Приткин и, вырвав сломанный мною газовый фонарь, отбросил его в сторону.
Из-под земли со свистом взметнулась струя газа, мгновенно загорелась, и в небо поднялся яркий огненный столб. Повинуясь инстинкту Августы, я поспешно отскочила в сторону. Но проходящий мимо вампир, которого я даже не заметила, внезапно загорелся и с воплем бросился бежать, натолкнувшись на другого вампира. Приткин усмехнулся.
— Старайся никому не показывать, какой ты на самом деле.
С этими словами он побежал вслед за вампирами, стараясь наделать как можно больше шума. Темные вихри моей энергии устремились за ним. Вампиры не понимали, что происходит, но пришли в возбуждение, предвкушая драку, которую Приткин явно собрался им устроить. И это меня он называл ненормальной!
Я побежала обратно в театр. Билли прятался за билетной кассой, и я одобрительно кивнула. Лучше пусть сидит там, чем таскается за мной или Приткиным.
Я начала искать Майру. Только один из троих находившихся в здании был человеком. Я слышала ровное биение