В погоне за красотой стр. 70
говаривали в те времена, «открылся карьер».
Вернемся теперь на похороны.
В империи Российской редко и мало кто добивался того в жизни, чего достиг Н. И. Лобачевский.
Были, конечно, карьеры не в пример блестящее. В постелях кротчайшей Елизаветы либо «ражей семипудовой бабищи Анны» здоровенные крестьянские и мещанские молодцы (здесь родословная была не обязательна — ценились личные достоинства) зарабатывали и «действительных тайных», и «канцлера», и имения на десятки тысяч душ.
Про «матушку» Екатерину вообще вспоминать не приходится. Для счастья всей жизни надо было лишь хорошо потрудиться в «случае». И при ее шалом сыне императоре Павле тоже было можно взлететь в единый счастливый момент из камердинера в графы.
Но для человека науки административная карьера Лобачевского если и не беспримерна, то весьма и весьма выдающаяся. Если же добавить, что шел он чистыми путями, мало кривил, особенно не «искал ни в ком», почти не угодничал и не слишком добивался чинов, то он предстает на редкость удачливым баловнем судьбы.
Конечно, не был Лобачевский ангелом во плоти. Он был передовой человек своего века, но не более. И за ним были поступки, которых он сам стыдился, и тяжело было остаться морально безупречным по тем временам, коли уж служишь. Он прожил сложную жизнь и получил полной мерой все, что выдано людям в этот мир.
И беззаботную в общем молодость, но и тяжелые утраты в ней. И радость первых успехов, и восторг творчества, и опасные неприятности в студенческие годы. И счастливую, безоблачную поначалу научную карьеру и злобные, издевательские и остроумные нападки врагов. И интенсивную административную и общественную деятельность и интриги коллег. И восторженные похвалы как администратору и уколы самолюбия по службе. И слова признания от самого Гаусса и приятное тщеславие наград. И горечь обид и любовь со счастливой семейной жизнью.
А под конец на старость приберегла ему судьба неурядицы по службе, смерть любимого сына, нервное заболевание жены, болезни, слепоту… и до последних дней несравненную радость работы.
Перейдем к хронологии.
1802–1804 годы. Учеба в гимназии.
Программа — ученики обязаны были изучить:
Русскую грамматику, Словесность, Историю и Географию.
Арифметику, Алгебру, Геометрию, Тригонометрию, Механику, Физику, Химию, Гидравлику, Землемерие, Гражданскую архитектуру.
Логику. Практическую философию.
Иностранные языки: Немецкий, Французский, Греческий, непременная Латынь плюс Татарский.
Военное дело, в кое входили Тактика, Артиллерийская наука и Фортификация.
Не были забыты и гражданские знания. В курс входило Юридическое законодательство.
А также дисциплины, дающие светские навыки:
Фехтование, Рисование, Искусство танца и Начала музыки.
Этот курс рассчитан не на десять лет. На три года. Выдерживали не все. Лобачевские выдержали. Видно, хорошо понимали, что другого пути нет. К тому же было им легче. Все же трое братьев вместе.
Николай был шалун. Учился хорошо. Обычный способный мальчик. Разве что разночинная жесткая практическая хватка — взрослое сознание необходимости успеха отличало его от более нежных дворянских увальней.
Среди учителей были культурные, одаренные люди, по тем временам просто выдающиеся. Прекрасный, яркий математик Карташевский.
Январь 1807 года.
После разных мелких неприятностей с латынью Лобачевский принят в университет. Ему 14 лет.
Июль 1807 года.
Первый тяжелый удар. Утонул любимый старший брат Александр.
Результат для Николая — нервное потрясение, больница, твердое решение: он будет врачом.
Два года с лишним он занимается