В поисках анаконды стр. 80
что не годится! — кричала она.
— Ну, уж нет, — возразил я. — Вот перед вами блестящее доказательство того, что он действует превосходно и стоит заплаченных за него долларов.
— М-да… возможно… Однако не будем тратить время на разговоры, лучше искать дальше…
Я работал еще два часа. Нашел старый, поломанный утюг, ржавую цепочку и крышку от кастрюли. Золота не было.
Теща, кажется, разочаровалась в моем аппарате. Она ждала от него золота, а не металлолома. Впрочем, это не помешало ей наметить множество новых маршрутов…
Мы с Андраде собирались выступить снова в Льянганати уже в конце ноября, но я чувствовал себя еще слишком плохо, чтобы подвергаться новым лишениям. Сначала мне нужно было расправиться с полчищами амеб и микробов, которые поедали меня изнутри, — безбилетные пассажиры из Амазонас. Они довели меня то того, что я вот-вот собирался отправиться на тот свет… К счастью, основательный курс лечения поставил меня на ноги, и к Новому году я опять был в сносной форме. В феврале наша экспедиция выступила в поход.
На этот раз у нас были удобные палатки, надувные лодки, всевозможный инструмент, примусы и прочие предметы, в необходимости которых убедил нас опыт путешествий в негостеприимный Льянганати. В деревне недалеко от Кито мы раздобыли носильщиков, в основном индейцев. Люди из Пильяро нас не устраивали: слишком хорошо они знали о цели нашей экспедиции.
Мы решили на этот раз атаковать Льянганати с другой стороны. Между городом Сальседо в горах и деревней Напо в Орьенте прокладывают дорогу; к тому времени было построено около сорока пяти километров. Готовый участок заканчивался в точке, лежащей на высоте четырех тысяч метров над уровнем моря; доехать туда на автомобиле было бы для нас большим подспорьем. Однако самый тяжелый участок строительства оставался впереди. Еще немало диких гор и бурных рек нужно преодолеть, чтобы довести дорогу до Напо. Если она будет завершена, то это явится по-настоящему героическим предприятием.
Насколько трудно продвигаться в этой местности, видно из записей в моем дневнике:
«17 февраля 1955 года. Льет непрекращающийся дождь, холодный и противный. Целый день мы скользили по глинистой тропе. Около половины четвертого заблудились в верхнем течении Рио-Мулато. Пришлось возвращаться в старое ранчо, которое мы прошли раньше. Зато здесь сухо и уютно, в очаге горит огонь; сейчас мы будем пить канелазос (ром с корицей).
18 февраля. Весь день проливной дождь. Сначала пробирались вдоль Рио-Мулато — то по скалам, то по ледяной воде. Потом берег стал совсем непроходимым, пришлось карабкаться по высотам, прорубая себе пику при помощи мачете. На каждом шагу обвалы и оползни, идтиопасно. С трудом перебрались через реку. Один из пеонов видел пуму. Повсюду следы горного тапира. А вообще животных мало. Около половины пятого разбили лагерь на каменистом берегу. Настроение пеонов оставляет желать лучшего; они жалуются на тяжелую ношу и бесконечный дождь.19 февраля. Опять тяжелый день. Вышли рано, затем карабкались по почти отвесным скалам, поросшим густыми субтропическими джунглями. Двое носильщиков — плохие работники и главные жалобщики — пытались уговорить остальных повернуть обратно, но безуспешно. Несмотря на утомительные поиски, не удалось найти сносного пути, пришлось вернуться на берег, к лагерю. Здесь зачинщики дезертировали…»Разумеется, дезертиры оставили свою поклажу. Мы были вынуждены бросить немалую часть нашего