В радости и в горе стр. 2
в телефонной трубке молоко, оно немедленно бы скисло.
— Хотя я и признаю, что она только все усугубила.
— Она? А ты что, пытался спасти семью?
— Я чувствую, что сделал ужасную ошибку, — сказал Дэмиен. — По-настоящему ужасную.
— А что, по-твоему, должна чувствовать я? Сейчас я пытаюсь как-то прийти в себя. Мне больше не нужно глотать тонну успокоительных, чтобы посмотреть очередную серию «Живущих на Ист-Энде». Я больше не чувствую упадка сил, у меня прошла угревая сыпь, и я уже не выгляжу как после смертельно тяжелой болезни. Незнакомые люди не шарахаются от меня на улице, а друзья перестали говорить, что мне надо сходить к врачу. Я счастлива.
— В самом деле?
— Да. Возможно, звучит вызывающе, но это правда.
— Не могу сказать того же о себе.
Опять неловкая пауза.
— А как Кот-Ранее-Известный-Как-Принц? — спросил он более оживленным тоном.
— У него бредовые идеи. Он пожирает свой «Кити-Кэт» так, как будто завтра конец света. И он неплохо справляется с ролью сироты при живом отце.
— Ну что же, хорошо. — Судя по голосу, Дэмиен вряд ли действительно так думал.
— А как тебе быть отчимом?
Дэмиен медленно выдохнул:
— Не так просто, как казалось раньше.
Джози удовлетворенно усмехнулась про себя.
— Дети разбрасывают «Лего» в самых неподходящих местах. Совсем недавно я потратил много денег и
почти впустую, а все ради того, чтобы извлечь из лэптопа сухарики Фарли. Эти дети всюду оставляют крошки от тостов и прочую дрянь. Часто мне кажется, что я сплю в кошачьем лотке.
Голову даю на отсечение, это совсем не то, что нужно для необузданного секса, которого он так жаждал!
— А твоя штучка знает, что ты мне звонишь?
Она слышала, как Дэмиен кусает ногти. Он всегда так делал, когда намеревался солгать.
— Нет.
— А где она сейчас?
— В «Теско». Делает ночные покупки.
Вот те на! А я-то думала, это я скучно живу!
— Ты ей сказал, что на бумагах по разводу есть уже все подписи?
Опять он кусает ногти.
— Нет.
— Ты еще не отослал их обратно?
— Нет.
Кот-Ранее-Известный-Как-Принц стал бесцеремонно выть у кухонной двери. Джози прикрыла рукой трубку телефона. «Я приду через минуту, — прошептала она. — Умереть от голода я тебе не дам».
Кот-Ранее-Известный-Как-Принц бросил на нее красноречивый взгляд, мол: «если-бы-я-мог-обращаться-с-консервным-ножом-меня-бы-здесь-не-было».
— Ты уверена, что мы и в самом деле этого хотим? — Дэмиен говорил самым вкрадчивым тоном, на который только был способен. Так он говорил по утрам в выходные, когда хотел, чтобы она встала и сделала ему сандвичи с ветчиной. — В самом деле?
— Именно. И если без конца копаться во всех этих психологических тонкостях — принципиальность, искупление, примирение с жизнью, — то адвокаты совсем обнищают. Подпиши бумаги, Дэмиен.
— Вряд ли нам стоит с этим торопиться.
— Ты уже поторопился.
— Джози, я этого не заслужил. Нельзя же просто спустить в унитаз пять лет брака!
Ты-то так и поступил. Значит, можно.
— Могу я сейчас зайти повидаться с тобой?
— Можешь. Но меня не будет дома.
— Ты куда-то уходишь?
— К тебе это отношения не имеет.
— Но я все еще твой муж.
— Это всего лишь небольшая юридическая формальность. — Джози выпрямилась и зашикала на кота, который завыл и напустил на пол лужу, так бешено таращась на нее, что, казалось, у него вот-вот пойдет пена