Ваал. Неисповедимый путь стр. 1162
— сова, сидящая на дереве. Перья птицы сияли всеми цветами радуги, а пронзительные живые глаза, казалось, наблюдали за зрителем. Билли узнал работу матери.
— Парень из Монтгомери, приезжавший сюда месяц назад, предлагал мне за нее сто долларов, — сказал Куртис и гордо расправил грудь. — Я не взял их. Я сказал, что эта работа сделана местным мастером и не продается ни за какие деньги. Я правильно говорю, Хайрам?
— Да.
— У меня есть еще одна, дома. На ней горы, озеро и парящий в небе орел. Но эта сова — самая красивая вещь, которую я когда-либо видел. Я повесил ее на самое видное место!
Хайрам неожиданно зашевелился и посмотрел на вышивку.
— Прекрасная работа, — сказал он, раскурив трубку и сунув ее в рот. — Трудно найти что-нибудь получше. — Он склонил голову набок и посмотрел на Билли. — Твоя мать была чертовски хорошей женщиной, но нам понадобилось слишком много времени, чтобы понять это. Какая женщина может содержать в идеальном порядке ферму, делать такие картины и не жаловаться на судьбу?.. Да, я помню ту палаточную проповедь. Мы не хотели слышать, что говорила Рамона, но она обладала огромным мужеством. Похоже, у тебя его тоже хватает. — Он ткнул своей трубкой в стенд.
— Что?!. — слова застряли у Билли в горле. Он был поражен, и на глаза навернулись слезы. — Вы хотите сказать...
Дюк Лейтон начал подниматься со своего места. В его глазах отражался свет камина. Когда он выпрямился и сделал первый шаг, Билли увидел, что он хромает еще ужаснее, чем его отец. По мере приближения к Билли Дюк словно уменьшался в росте, ссыхался и бледнел. Он остановился перед Билли, его нижняя губа подрагивала.
— Это произошло сразу после того, как ты уехал в Чикаго. Я ехал в машине вместе с отцом. Он... он был сильно пьян. Он часто напивался с тех пор, как умерла мама. Во всяком случае... он ехал слишком быстро, и автомобиль свалился под мост. Я отделался порезами и ушибами, но отец умер еще до того, как приехала «скорая помощь». — Лицо Дюка помрачнело. — А неделю спустя Кой Гренгер пришел ко мне и сказал, что видел моего отца, стоящего на обочине у моста, с которого мы слетели...
— Я сам видел, — тихо сказал Хайрам. — Ясно как день. Так, как вижу тебя.
— Отец... не ушел. — Голос Дюка треснул, а глаза наполнились влагой. — Я видел его, звал, и было похоже, что он пытается мне ответить, но не может... не может произнести ни слова. Его... горло было раздавлено во время аварии, и он задохнулся. Когда я пытался прикоснуться к нему, то почувствовал страшный холод. Потом он исчез, просто растаял в мгновение ока. — Дюк беспомощно взглянул на Бонни, а затем снова обратился к Билли. — К кому еще я мог пойти? Я хотел помочь своему отцу!
— И моя мать освободила его?
— Я попросил ее об этом. — Хайрам выпустил клуб голубого дыма. — Мы все попросили. Она встала рядом с мостом, раскинув руки в стороны, и мы все увидели Ральфа
Лейтона своими собственными